Сердце Молнии

Рэйну окатила странная, но смутно знакомая энергетика.

– Что такое?

– Кажется, за нами следят, – негромко произнесла она.

Оин покосился на Чутье, не сразу заметив, как оно мигнуло красным. Отодвинулся от Рэйны, достал секстант и заглянул в окуляр, проведя им по обозримой границе леса – ничего. Сменив линзы, снова заглянул – тоже ничего.

Возникшая волна чужого ишиёсо быстро угасла и Рэйна опустила тяжелую голову себе на колени.

– Наверное почудилось…

Оин так не думал. Но в лесу уже никого не было.

Когда они вернулись к дому уже смеркалось.

Рэйна потянулась к двери, но Оин перехватил её руку не давая войти.

– Если примешь меня, я сделаю всё, чтобы ты не пожалела о своем выборе, – с уверенностью заявил он.

– Оин…

Она подняла на него уставшие глаза. Он стоял так близко, что можно было услышать, с какой силой его сердце колотится о грудную клетку.

Оин оставался непоколебим. Только бы Рэйна дала ему шанс! И он сделает все, чтобы она не пожалела об этом.

– Если ты всё решила, просто скажи мне, чтобы я перестал пытаться.

Серьезность, с которой он произнес эти слова, острием вонзилась в сердце Рэйны. Она впервые осознала, как сильно её желания расходятся с тем, что требовала от нее действительность. Долг перед кланом обязывал её пресечь то, что зарождалось между ними, пока все не зашло слишком далеко.

– Тебе будет достаточно одного моего слова? – спросила она.

– Между нами ведь нет истинной связи.

– Тогда, держись от меня подальше.

Он тут же отпустил её руку и отодвинулся, давая пройти.

Рэйна открыла дверь и вошла в дом, осознавая, что только что совершила самую большую ошибку, о которой будет жалеть до конца жизни.

Внутри их встретила приятная прохлада, которую создавали развешанные по углам артефакты – те же, что позволяли продуктам в шкафу дольше храниться. Они издавали слабое голубое сияние и едва различимое потрескивание, подобное морозному шепоту.

Ами при полном параде ждала Оина в приемной. Её непорочного цвета летнее платьице, украшенное эстетичной вышивкой на груди, казалось почти невесомым, а густые каштановые локоны были аккуратно собраны в прическу на один бок и открывали тонкую шею.

– Мы идем? – спросила она, как только Оин показался из коридора.

Прежде, чем ответить, он ещё раз обратил взгляд к Рэйне, но та отвернулась.