Скрытый колдун рода Лаурус

— Вот давай здраво рассудим, — продолжала Валериана, — ребятня твоя полугодие окончила без труда, так?

Лавр кивнул.

Что правда, то правда. Вверенные ему ученики блестяще — как он искренне считал — завершили первое полугодие своего обучения. И даже малыш Шалфей, по понятной причине, все свои контрольные и экзамены сдал не хуже остальных.

— Ты же только подумай, никому из них не придется посещать дополнительные занятия. И в конце недели они уже начнут разъезжаться по домам. Уж мне-то можешь поверить, что нет для преподавателей времени спокойней, чем зимние каникулы.

Лавр вновь вздохнул.

Отодвинув от себя тарелку, он взглянул на нее в последний раз и посмотрел Валериане в глаза.

— Да дело не в детях, — сказал он. — Меня их общество не гложет.

— А что тогда гложет? — Валериана почувствовала, что дело двинулось с мертвой точки. — Может, преподавать надоело?

Лавр покачал головой.

— Ну раз дело не в детях и не уроках, тогда в чем же? — Женщина на миг задумалась. А затем ахнула, будто что-то поняв.

Лавр постарался отмахнуться.

— Да нет же…

Но вспомнил о Камилле и на душе неприятно заскребло.

Лавр старался не вспоминать о девушке. В конце концов, своим молчанием на его письма она дала ясно понять, что не желает иметь с ним ничего общего. Оно и понятно, Лавру не в чем было упрекнуть подругу. Если бы она исчезла из его жизни так же внезапно, без объяснений, оставив после себя лишь письмо с извинениями, он бы тоже обиделся.

Но все же дело было не в Камилле.

— Значит, кто-то в твоем сердечке уже живет? — улыбаясь, спросила Валериана.

Знала бы она, что била по больному.

— Это… сложно…

Жила ли Камилла в его сердце? Да, конечно. Лавр и под сомнение не ставил эту истину. Он был влюблен. Любил. И все еще, наверное, любит.

Но думать о своих чувствах, и уж тем более размышлять о них у Лавра, как бы это не звучало, не было ни сил, ни времени.

— В любви в твоем возрасте всегда сложно, — хихикнув, произнесла женщина. — С годами как-то легче становится. Уже ни на что не обижаешься, а если и обижаешься, то обиды проглатываешь, предпочитая мирную тихую жизнь. Поговори об этом с кем еще, и тебе ответят так же.

Совет хороший, да вот с кем на эту тему поговоришь?

Внезапно даже для самого себя, Лавр вспомнил как когда-то, сидя у кровати Марии вместе с Мелиссой, он заговорил с ней о любви.