Обручённые вечностью или, Отдам жену в хорошие руки

Будешь неукоснительно следовать простым правилам, и удачное замужество не заставит себя ждать.

Уверенным шагом, муженёк вышел в коридор. Стражи в форме нёсшие караул на входе вытянулись по струнке.

— Проводите её Лунное Величество в светлые покои. Пришлите к ней временную горничную, — от властных ноток, прозвучавших в голосе правителя, я сочувственно вздрогнула.

— Тысяча сумрачных ночей. Лунная Королева вернулась? — нарушив субординацию, выругался кто-то из стражей. Я не успела проследить кто. Форме они на одно лицо.

Только не для повелителя.

— Бизер, охрана Луны на тебе, — с выразительной холодностью немедленно назначил ему наказание супруг.

По мере того каксмысл сказанного доходил до стража, его лицо серело и суровело.

— Будет исполнено повелитель! – глядя перед собой, отрывисто ответил он.

АнатЕль жестом предложил мне следовать за приставленным ко мне стражем. Пожав плечами, отправилась знакомиться со своими новыми-старыми покоями.

Свернув в крыло, радующее глаз светлыми оттенками, мой провожатый зашагал более неохотно, словно по пути растеряв запал.

Бизер провёл меня через анфиладу коридоров украшенных величественными статуями, картинами с изображением моего дражайшего супруга. Через бесконечную череду залов с высокими потолками и расставленными по углам напольными вазами с цветами. Мимо лестницы, широкой лентой, убегающей вниз. Её перила были выполнены из полированного серого мрамора с золотистыми прожилками. Также нам встречались укромные непримечательные ниши.

Мы вышли к двустворчатым светло-оливковым закрытым дверям, помпезно украшенным замудрёными узорами. У входа в покои стоял страж. Облачённый в синюю аляпистую форму, с золотой эмблемой солнца заточенного в круг, он низко поклонился мне. Кажется, я слышала глухой удар об каменные плиты пола.

— Хватит расшаркиваться. Давай открывай двери, — быстро привёл его в чувство мой провожатый.

Отведённые мне покои вызвали двойственное чувство. Выдержанные в сдержанном стиле двери не подготовили меня к буйству красок ожидавших за ними.

Радужные потолки с сияющим на них звездопадом, ввергли меня в эстетический шок.

Прежде надо успокоительное на входе выдавать, а уж потом впускать в комнату со страшной безвкусицей. В углах огромного помещения отливали золотом напольные подсвечники с мой рост. На стенах висели канделябры поменьше. Не менее увесистее на вид.

С нашим появлением тонкие свечи вспыхнули розовыми языками пламени выбрасывающие искорки.