Ри Эль в академии Катастроф

Славно же отделали беднягу! Интересно, кто.

Вскоре интерес Ри Эль перекочевал в иное русло. Она подобралась к ректору и заглянула ему через плечо. Через второе плечо заглянул Ми Ра Ниль, не преминув злобно зыркнуть в ее сторону.

– Это что, недостающее звено? – спросил он.

– Не поверите, друзья! – При слове «друзья» профессора перекосило. Он припомнил свое недавнее намерение показать Ри Эль, где раки зимуют. – Целых два недостающих звена! Вам крупно повезло. Сейчас мы их так… И вот так… И… Ой!

Иамир принялся возиться с деталями артефакта и, понятное дело, обжегся.

Детали упали на пол да там и трансформировались, неплотно объединившись в одно целое. Но едва их аккуратно разъединили дужкой ректорских очков, как они трансформировались снова и приняли совершенно другую форму.

– Парадокс! – изрёк ректор. – Нет, я знал, конечно, что так оно и будет. Артефакт штука тонкая, наполовину живая, я бы сказал. Но все же между «знать» и «видеть» лежит огромная пропасть.

– Четыре есть, – тихо проговорил профессор.

– Остался пятый осколок.

– Пятый у меня, – с довольным видом оповестил его ректор. – В лаборатории Феноменов. На шее у кое-кого. И прямо сейчас этот кое-кто приходит в себя. Так что давайте поторопимся.

Не зря он спешил. Ой, не зря. Его ненаглядная лаборатория стала подлинным вместилищем хаоса — всё, как изначально планировала Ри Эль. Только вот планы после отравления несколько изменились и ушли на задний план. Миссией номер один стало спасти ветер. Так что Ри Эль теперь с чистым сердцем могла утверждать, что она не нарочно.

И действительно, откуда ей было знать, что Бриз О-Шен столь безобразно ведет себя во сне?

Если подсчитать убытки, выливался ущерб в кругленькую сумму.

Ибо ветер, паразит, выпустил из резервуаров чудеса, которым зреть бы еще и зреть. Открыл клетки с неудачными гибридами, избирательно уничтожил самое ценное оборудование и напоследок (завершающим, так сказать, штрихом) уложил штабелями стеллажи, попутно разбив лабораторную посуду, над которой так трясся Иамир.

Причем всё это было проделано в бессознательном состоянии.

Клетчатый плед сбился в кучу, и уткнувшись в эту кучу носом, Бриз О-Шен умиротворенно сопел во сне – не иначе с чувством выполненного долга.

– Беда, братцы, – очутившись на пороге, только и вымолвил ректор. – Я буду убивать. Каждого, кто причастен к этому бардаку. Но попозже.

Переступая завалы широкими шагами (а иногда даже перелезая), они с профессором и Ри Эль втроем подобрались к ветру.