Ри Эль в академии Катастроф

Ми Ра Ниль пребывал в столь хорошем расположении духа, что без раздумий разрешил студентке первого курса переписать контрольную. Причем в собственном кабинете. И даже отлучился, оставив студентку одну. Точнее говоря, наедине с весьма ценным артефактом.

Что ж, потерял бдительность — пожинай плоды.

Первая волна гнева нахлынула на профессора, когда он застал эту негодную девицу Клэри Лэйн рядом со своим столом. Ха! Неужто она решила втихаря стащить ответы на задачи?!

Когда девица выронила компас, нахлынула вторая волна — а вернее, цунами.

Здесь была и ярость, и замешательство, и желание придушить студентку на месте. Да как она посмела?! Как теперь восстановить артефакт?! Да его ценность ни с одной человеческой жизнью не сравнится!

К счастью, Клэри Лэйн выскочила за дверь раньше, чем Ми Ра Ниль предпринял более решительные действия, нежели швыряние словарями.

Настала минута правды. Профессор склонился над артефактом, откуда торчала пружина. Снял с пружины записку — а это оказалась именно записка — и прочитал:

«Ваш ненаглядный артефакт подделка.

Ха-ха! Розыгрыш удался! Не правда ли, я умен?»

Автор записки был предусмотрителен и подписи в конце не оставил. Действительно, ума палата. Да кто же так шутит? И где тогда, позвольте спросить, настоящий артефакт?

Ми Ра Ниль сжал кулаки и, кажется, проскрипел зубами. Измерил шагами кабинет, стукнул по подоконнику, задержал взгляд на закатном пейзаже — и оттаял. К чему злиться, когда вон как всё обернулось.

Если бы не студентка, он, Ми Ра Ниль, всё так же заблуждался бы насчет артефакта. Тратил бы почем зря драгоценное время, пытаясь его активировать. А между тем ищейки клана Анци разыскали бы оригинал — и, само собой, уничтожили.

Нет, сегодня решительно хороший день!

***

Кому хороший, а кому не очень. Ри Эль вот, например, променяла безопасную теорию на рискованную практику и сейчас вовсю гребла на лодке к горизонту, подальше от маяка, лишь бы застать врасплох хоть какую-нибудь бурю.

Научиться укрощать катаклизмы без помощи навороченных устройств, поговорить с катаклизмами по душам и, наконец, заключить перемирие назло всем профессорам академии — вот, чего ей хотелось больше всего.

Но пока для разговора по душам было рано. Стихия, которая лишь издали казалась дремавшей, на деле коварно заманивала мореплавателей к себе на трапезу. В лицо летели соленые брызги, море скалилось зубами подводных рифов.