Ри Эль в академии Катастроф

«Уважаемый» пофыркал, выругался на своем дикарском наречии, да и угомонился. Сел на песок прямо посреди полукруглого зала, ноги скрестил, руки скрестил и сосредоточенно набычился в сторону коридора, по которому утащили его принцессу.

Профессор и Ри Эль обменялись недоуменными взглядами и синхронно пожали плечами.

А за дверью в заброшенный кабинет происходил странный разговор. Ректор усадил женщину в красном на обтянутый целлофаном крутящийся стул — рядом с пианино, покрытым полиэтиленовой плёнкой. Сам уселся напротив и снял маску.

– Джессамина, это я. Узнаёшь? – вкрадчиво спросил он.

Женщина ахнула, всплеснула руками и, недолго думая, ударилась в слёзы.

– Это ты-ы-ы! – провыла она.

Чуть не грохнувшись со своего стула, ректор бросился к гостье и зажал ей руками рот, озираясь не то в поисках скотча, не то из опасения, что сейчас сюда ворвется тип с саблей и порубит его на кусочки.

Затравленный взгляд больших зеленых глаз говорил красноречивее любых слов. Хотя, может, Джессамине просто не хватало воздуха.

Когда ей вернули способность членораздельно выражаться, она первым делом размотала красные тряпки и осталась в своем любимом, но изрядно потрепанном фиалковом платье. На ее запястьях позванивали браслеты, шею украшали бусы из блестящего авантюрина. Кожа с золотистым отливом на оголенных плечах казалась такой гладкой, что ректору вдруг на чистом инстинкте захотелось к ней прикоснуться.

– Извини, – сказала она. – Я немного не в себе. Столько всего произошло.

– Это ты извини, – сказал ректор.

– Даже воды тебе предложить не могу. Уж никак не думал, что ты свалишься мне на голову при таких обстоятельствах. Объясни, – попросил он, уместив подбородок на сплетенных пальцах рук, – как тебе удалось выбраться из-за горизонта? Зачем тебя вообще понесло всредние земли?

– Сначала ты, – сказала Джессамина и растянула губы в лукавой полуулыбке.

Глава 13. Откуда у катастрофы ноги растут

А знаете, что хуже всего?

Когда у тебя крадут время.

Время для того, чтобы признаться.

Время, чтобы раскрыться.

У тебя отнимают время —

и срывают с тебя маску,

вынуждая искать оправдания.

Ненавижу оправдываться.

Но ради вас — так и быть.

Иамир

– Ну-у-у, я… А что я? – заюлил ректор. – Ты же знаешь, ненавижу отчитываться. Но ради тебя — так и быть. Значит, выбросили наши бравые ребята артефакт за горизонт и мигом угодили на судебное заседание — в качестве обвиняемых. Не из-за артефакта. По другой причине. Мол, предатели, лиходеи, против империи пошли.