Ри Эль в академии Катастроф

Черные нечесаные кудри наэлектризованы, в глазах буйно разрастается зеленая роща. И в этих глазах, как когда-то давно, вновь плещется решимость.

– Не мешай ей, приятель, – сказала Джессамина. – Она знает, что делает.

Ри Эль надолго запомнила грозовой голос. Когда в зрачках у нее зажглось по неоновому огню, всё остальное в мире померкло и перестало существовать. Были только вспышки и раскаты грома. Вспышки — что-то вроде семафорной азбуки на флоте. Раскаты — для тех, кто умеет слушать.

Гроза роптала, что ее не ценят, а ведь если грамотно воспользоваться ее дарами, можно сгенерировать невероятное количество энергии.

Обеспечить человечество ресурсом на многие столетия вперед. Изобрести, наконец, что-нибудь полезное. Например, высокочастотный трансформатор.

Гроза еще много о чем ворчала. Ей всего-то и надо было, чтоб ее выслушали. Выговориться перед человеком, способным понять. Выговориться — и обрести покой.

Постепенно ее ярость проходила. И адепты академии Катастроф, конечно, считали, что это их заслуга.

А Ри Эль ничего не считала. После «исповеди» она спустилась к себе, опустошенная до предела.

Джессамина чуть ли не пинками загнала ее в душ (причем, что примечательно, ванная была на месте, никаких вам феноменальных лабораторий и их владельцев). Потом помылась сама, заварила травяного чая по своему секретному рецепту, взбила подушки и раскидала их по полу вместе со стегаными одеялами в весьма уютном беспорядке.

– Так, сейчас будем отдыхать, – распорядилась она. – И ты, давай, залетай! – крикнула ветру, который ошивался поблизости.

Ри Эль рухнула на подушки в изнеможении. Идеальный пациент. Чистенький, кроткий, безотказный.

Бриз О-Шен сразу понял, что от него требуется и подобрался к девушке поближе. ..

***

– Что-о-о-о?! Она? У нее?! Да как вы посмели им разрешить?! – бушевал у себя в кабинете ректор. – Я для нее уже отдельную комнату в общежитии отвел! А она на маяк захотела?!

– А что такого? – изумился Ми Ра Ниль. Он взял на себя кочевника, Ри Эль обещала позаботиться о гостье.

Всё честно и справедливо. Разделение обязанностей, как-никак.

И впрямь. Что такого-то? Не признаваться же Иамиру, что и в прошлой жизни, и в нынешней (особенно в нынешней) он в Джессамину по уши влюблен. А потому вполне резонно стремится держать ее в поле своего зрения.

И да, если уж говорить о прошлых жизнях, Джессамина на его ухаживания не отвечала. Он таскался за ней хвостом, как наивный мальчишка, а она безжалостно игнорировала.