Морская ведьма

Вскоре гать кончилась, но тропинка продолжала петлять между деревьями то вправо, то влево. Ветки деревьев нависали так близко, что то и дело приходилось пригибаться к холке коней.

Жастин инстинктивно перекинул поводья в левую руку, положив правую на рукоять меча аккурат перед тем, как глухой и протяжный вой разорвал тишину. Кони, испуганно встрепенувшись, попытались перейти на галоп, заставляя вновь изо всех сил натягивать поводья.

Вой прозвучал повторно.

В первый момент молодой барон подумал, что их решились преследовать волки ещё успев подивиться, что же те забыли на болоте – от Сархатский болот большинство зверья, даже хищного, стремились держаться подальше.

Но теперь понял, что к волкам звук, от которого в буквальном смысле слова стыла кровь в жилах, не имеют никакого отношения.

Вой оборвался душераздирающим визгом.

Люди с трудом удерживались от желания отпустить поводья, дав волю лошадям нестись вперёд со всей скоростью, на какую только те были способны. При звуках этого нечеловеческого и не звериного визга волосы вставали дыбом.

Не прекращаясь, пронзительный визг перешёл в низкий, утробный рёв. Каждый перелив долгого звука был заполнен жаждой и требованием – жаждой жизни и требования насыщения.

– Господи, боже! – закричал кто-то, явно предаваясь подступающей истерике. – Мы все тут погибнем! Мы умрём и попадём в Тартар!

– Закрой пасть! – рявкнул на него Жастин. – Ты взрослый мужик или испуганный пацан? Смысл скулить, как побитая сука? – он намеренно говорил презрительно, резко и грубо.

– Хватит кукситься, парни! Никто не знает, где его подстерегает Костлявая. Можно выжить в пекле и умереть от угарного газа в родной постели. К тому же, не забывайте, наш противник – маг. Не всё, что видишь вблизи жилища мага существует на самом деле. Иногда видимая опасность всего лишь обман, иллюзия, призванная свести с ума или напугать. Если вперед нас ждёт опасность, мы преодолеем её мечом, если морок – развеем здравым смыслом. Вперёд!

К счастью, речь подействовала отрезвляюще.

Парни взяли себя в руки, и они продолжили путь, под звуки нестихающего аккомпанемента, преследуемые по пятам страшными криками, стараясь не обращать внимание на вой и визг, доносящийся из глубины болот и леса.

Постепенно вопли стихли, но спокойней от этого как-то не сделалось. Лес словно вымер: ни птицы, ни зверя. Даже вездесущие насекомые куда-то пропали.

С серебристо-серых стволов, почти полностью лишённых веток, клоками свисал тёмный мох.