Наперекор судьбе

Она обвила свои руки вокруг шеи парня и прошептала ему на ухо:

- Милый, я так скучала по тебе! - внутри Аня билась в истерике, когда ее губы нежно целовали мочку его уха, а затем спускались дорожкой из поцелуев по шее Макса, - Останься здесь со мной!

- Аня... - на выдохе произнес Макс. Держать себя в руках при виде Ани было неимоверно сложно. Из последних сил Макс боролся с желанием поддаться ее томному голосу. Он прекрасно понимал, что это говорит не она. Ее душа заперта глубоко внутри, а тело полностью подчинено дьяволу.

В подтверждение этому были ее глаза. В них не было ничего, они казались пустыми и безжизненными. - Прости меня... Но я не могу.

Макс с трудом заставил себя отстраниться от такой родной и одновременно чужой Ани и снова уставился на отца. Во взгляде его читалась жгучая ненависть. Он был готов сразиться с каждым в этом зале, лишь бы добраться до своего отца. Убить Люцифера было невозможно, но у Макса был план по лучше.

- Как знаешь, - сухо произнесла девушка и такой же соблазнительной походкой отправилась через весь зал к Дэну, стоявшему рядом с троном отца и другими своими братьями, родившимися от связей дьявола с человеческими женщинами в разное время и в разных уголках мира.

Аня обвила своими руками шею теперь уже Дэна и впилась страстным поцелуем ему в губы.

Глаза Макса загорелись кровавым огнем, стоявшие ближе всех к нему демоны попадали замертво, остальные буквально вжались в стены и мебель.

- Силен, - усмехнулся отец, - Она все еще может быть твоей, только поклянись служить мне вечно!

- Никогда! - взревел Макс и ринулся на отца.

Люцифер взмахом руки остановил стражу и решил развлечься самостоятельно. Между отцом и сыном завязался бой. Они крушили все на своем пути, попадающиеся на их пути демоны были обречены на смерть, кто по умнее растворились в воздухе решив пропустить данное мероприятие. Люцифер выглядел довольным, он с легкостью отбивал атаки сына и вволю веселился. Макс наносил удар за ударом, для него не было цели убить.

Целью для него было прикоснуться к рукам и ногам отца в определенной последовательности, что он с блеском и выполнял, изображая лютую ярость. Он прекрасно понимал, что по своей воле Аня никогда не поцеловала бы Дэна. Он твердил про себя только одно "это не она. Она бы не стала" и это ему помогало сохранять самообладание. В его голове так же слышалось заклинание, читаемое на латыни пятью его друзьями.