Один поцелуй до другого мира

Ива закрыла глаза и сосредоточилась, стараясь почувствовать след. Воздух мерцал, полки и стены колебались в нем, точно в мареве, искажались. Но не могли скрыть главного — Ива увидела дорогу. Прямой и короткий коридор вел от прилавка к маленькой деревянной двери. Всего-то шагов десять. А прежде Ива могла блуждать вокруг потайной дверцы часами, но так и не увидеть ее.

— Дай мне руку! Я поведу тебя за собой.

Ксандор, ни слова не говоря, взял ее маленькую ладонь в свою — горячую и большую.

Они успели пройти три шага, когда от стены отделилась тень.

— Что же это ты делаешь, милая? — голосом, который словно источал патоку, пропела Эсмеральда. — Мы так о тебе заботились. Позволили искать брата. Вот, забирай!

Хозяйка лавки, улыбаясь, протянула Иве на ладони клубок ниток.

— Нитки? — не сдержала удивления Ива.

Страх ее весь выветрился без остатка, а госпожа Ильвиль, что так заискивающе улыбалась ей сейчас, не вызывала ничего, кроме брезгливости.

— А что же еще? Ведь твой брат был портным.

Так заберешь?

— Заберу!

Ива схватила с ладони Эсмеральды клубок.

— Идем, Ксандор!

Дверца сделалась еще на шаг ближе. И тогда Эсмеральда издала дикий, пронзительный вопль. Она раскрывала рот все шире и шире, пока кожа вокруг губ не растрескалась и рот не превратился в черный провал, зияющий пустотой.

Ксандор откинул Иву за спину и пронзил тварь, которая кинулась на него, кочергой. Из дыры на животе высыпалось несколько песчинок, с шумом вышел воздух, а после пустая оболочка Эсмеральды плавно опустилась на пол, как спущенный воздушный шарик.

Ива задрожала, но теперь уже Ксандор решительно сжал ее ладонь.

— Туда? — спросил он, указывая совершенно в другую сторону от двери. Он ее просто не видел.

— Нет, туда, — вздохнула Ива и снова повела его за собой.

Эсмус не пытался договориться. Он не издал ни звука, когда кинулся на Ксандора. Ива закричала, увидев, как в спину префекта по самую рукоять вошел нож.

— Ксан!..

Ксандор резко размахнулся и молниеносным движением снес господину Ильвилю голову с плеч.

Та ударилась о пол с глухим стуком, покатилась, как мяч. Ни капли крови не выступило на обезглавленном теле. С тихим шелестом то, что когда-то было Эсмусом, осело по стене.

— Ксандор! Дай посмотрю! Очень больно?

Ива перепугалась не на шутку. Нож торчал из спины Ксандора, а сам он замер, прислушиваясь к себе.

— Вытаскивай! — приказал он.

— Нет, Ксан. Присядь. Я за тряпками. Я быстро. Надо перевязать.