Наследие снов

Я сама, если честно, не очень была уверена в том, кого же это странное сердце жаждет. Меня притягивали мои сны, в которые я стремилась. Но кто был в ним настолько особенный, что образ Радульфа Эмонитаса казался мне менее привлекательным?

Я прошлась вдоль огромного, в два обхвата, ствола, размышляя над тем, что сказал мне Эмонитас и бабушка Хельга. Углядев темное пятно, свободное ото мха, я села, повернувшись лицом к поляне, и меня плавно накрыло волной из листьев.

Над поляной возвышался раскидистый ясень, разбросав во все стороны свои широкие ветви.

Листья расслабленно покачивались, отчего ясень шелестел, постукивая крылатками. Откуда я могла знать, что эти штуки у ясеня называются крылатками, я, если честно, не знала. Но его величественный вид словно говорил: "Эти жалкие человеческие проблемы ничего не значат на этой поляне - просто отголоски чужих страданий. Нет ничего и никого, способного поколебать умиротворение, которое мне обеспечивает и этот лес, и эта поляна, и эта трава. .. "

Я подняла голову, рассматривая дерево, закрывшее часть чернеющего неба. Я рассматривала ясень с непередаваемым восхищением, вспоминая, что вроде бы древесина ясеня прочная и надежная. И сразу же мне представлялся Эмонитас - сильный, уверенный в себе мужчина, которого, как мне казалось, послала сама судьба.

Ведь именно Радульф снился мне ночами, обнимал руками, крепко прижимая к себе. Именно здесь, рядом с огромным деревом, мне начало думаться, что зря я так сопротивляюсь и упираюсь, и надо бы, наверное, расслабиться.

Пусть всё решится как-нибудь само.

Без моего участия.

Ясень словно бормотал какие-то слова, шумя листвой, и я представляла на его месте огромного шамана, который, зажав в широких крупных ладонях бубен, возводил мускулистые руки в небо, словно спрашивая о том, как мне поступить - отбросить сомнения и перешагнуть эту ситуацию, оставив возможность обрести счастье с Эмонитасом, которое брезжило где-то впереди, или, может быть, не бежать от всего - от эфемерных и неясных обязательств, черноволосого мужчины с широкими могучими плечами и ледяными глазами?

Не успела я додумать и принять решение, как на поляну медленным крадущимся шагом вышел Эмонитас.

Ноги, обутые в черные ботинки, неслышно ступали по траве. Затянутая в черную кожу фигура - кожаные штаны и куртка - быстро преодолела расстояние до замершей меня и остановилась напротив.