Факультет экспериментальной магии

Как-то сняв платье, она упала на кровать, мягкую, большую, с вышитой огромной подушкой, пропахшей лавандой. Одеяло совсем не кололось, быстро согрело, и можно было всласть ворочаться, не боясь упасть на пол.

Проснувшись ночью, Маруа включила лампу на столе. Свесив ноги на пол, поджала пальцы — прохладно. Встрепанная, сжавшаяся в комочек, в просторной белой сорочке она отражалась в огромном зеркале на двери гардеробной. Вытянув перед собой руку, Маруа наблюдала, как робко отражение повторило движение.

— Маруа! Не спишь? — раздался громкий шепот в приоткрывшуюся дверь.

Луа вошла и закрыла за собой дверь, такая же встрепанная, в одном халате, накинутом на нижнее белье.

— Ты в порядке? — спросила подруга, садясь рядом и обнимая ее за плечи.

Маруа отвернулась от отражения.

— Только проснулась. Чувствую себя разбитой. А ты как спала?

— Не могу спать. Я как будто впервые влюбилась!..

И Луа долго, с восторгом рассказывала, как прошел у нее бал.

Как она, перепутав, заговорила с незнакомцем и как тот не отпустил ее, как завязалась беседа. Описала и первый танец, и волшебство иллюзии, казалось, соединившее их. И с трепетом поведала, как вместе они встретили рассвет.

— А ты с кем его встретила? Признавайся!

— Одна. Представь, никого не смогла найти в толпе.

Луа недоверчиво воскликнула:

— Но я видела, как ты танцевала с кем-то! Я надеюсь, это не был какой-нибудь твой кузен?

Луа откинулась на кровать, разбросив руки, и описала вид кавалера.

— Это был Эрх Эйрдаль.

И подруга тут же подскочила, чтобы схватить Маруа за плечи и заглянуть ей в глаза.

— Серьезно?!

Девушка кивнула и робко улыбнулась, мол, само получилось…

— Не упусти его! Такой шанс выпадает один раз в жизни!

Маруа подтянула колени к груди, положив на них голову.

— Ты думаешь?..

— Конечно! — фыркнула Луа. — Он же станет следующим главой Совета Правящих, а его жена — самой обеспеченной и защищенной женщиной! Подумай, Маруа, это твой шанс отомстить за семью и все годы презрения к вам.

— А я хочу отомстить?

Луа посмотрела на подругу, как на умалишенную.

— Ты будешь в своем праве поставить на место всех хамов, а они не посмеют возмущаться. Ты мало с кем общаешься, а я скажу тебе, что о твоей семье до сих пор говорят с презрением.