Две души. Переселенки

- Г-гос-с-с-спо-о-о-ож-а-а, в-в-ас-с-с в-в-в-ви-и-иде-е-е-ть х-х-х-хо-о-отя-а-ат…

Ты ж мой котик. Всего один выдох, буквально капелюшка пламени, а сколько уважения мгновенно появилось. Вот давно бы так. Ладно, встала, пошла за конвоиром. Хотя тут еще кто кого конвоировал: мелкий постоянно оглядывался, вздрагивал, то и дело вжимал голову в плечи. Нервный народец.

По длинному прямому коридору дошли до еще одной двери. Цверг постучал, не дождавшись ответа, резко толкнул дверь и тут же сбежал в неизвестном направлении.

Трус, что с него возьмешь. Нагнулась, зашла. Комната как комната: четыре стены, потолок, окон в плане не предусмотрено. Обстановка побогаче, чем в той клетушке, в которой девчат держат: ворсистые ковры с орнаментами на полу и стенах, большие магические шары, излучающие мягкий свет, по всему периметру потолка. Больше ничего, кроме шикарно одетого карлика, наряженного в золотое кимоно и сидевшего, скрестив ноги, на полу на ковре. Этот «предмет обстановки», похоже, меня и позвал. Не дожидаясь приглашения, опустилась на пол напротив хозяина и, не скрываясь, осмотрела того с ног до головы. Ничего нового не увидела. Единственное, что его отличало от тюремщиков, - богатая одежда.

- Я верховный жрец, - без предисловия начал мой собеседник, - мне нужна невеста. Ты попала сюда случайно. За тобой скоро придут. Остальные…

Не люблю, когда меня злят. И терпеть не могу, когда воруют моих личных горничных. Придут за мной, видите ли. Одолжение он, сморчок этакий, мне сделал.

Всего три выдоха – и из комнаты остались только подкопченные стены. Ну и жрец, само собой. Я ж не зверь какой.

Из пещер, катакомб, уж не знаю, что это было, в общем, снизу, Варт выводил вереницей всех пленниц. Оставшиеся не покалеченными цверги, собравшись позади импровизированного каравана, с огромной радостью и невероятным облегчением провожали обузу и докуку, меня, то бишь. Ничего, в другой раз мозги включать будут, прежде чем женщин красть, а то ишь ты, невеста ему требуется, принц из девичьих грез, блин.

В имении к нашему появлению приготовили праздничный ужин. Только непонятно, в честь освобождения госпожи или от радости, что господин в кои-то веки посетил свой дом.

Первым делом я передала девчонок под личную ответственность дворецкого, строго приказав сначала накормить бывших пленниц до отвала в людской, а потом уж разбираться, кто, откуда и каким способом домой вернется.