Дар ненависти

А я?

Я торопливо заглянула под одеяло. Фух, ночная рубашка на месте. Стало быть, происходящее – не моя вина, а брата. Хотя, собственно, что – происходящее? Ничего особенного не случилось. Раньше я частенько забиралась к нему в кровать и, прижимаясь всем телом, грелась до самого утра…

Оу… Теперь это кажется не таким уж нормальным. По крайней мере, стало понятно ежеутреннее смущение и замешательство брата.

- Какого гоблина ты здесь делаешь? – я пихнула наглеца в бок, надеясь скинуть, но лишь отодвинулась сама.

- Ты давно так отвратительно ругаешься? – Белен повернулся и обеспокоенно уставился на меня. – Если вас этому учили в Карсе Игнис, я, пожалуй, отзову жалование твоих наставниц и подниму вопрос об их компетентности.

- Каждую среду и субботу, - с готовностью подтвердила я. – По два часа мы разучивали портовые песни моряков и учились объясняться с ними языком жестов. Я стала лучшей среди ровесниц.

- Только среди ровесниц? А я-то возлагал на тебя большие надежды, - брат едва не всплакнул от разочарования, а я снова попыталась избавиться от неприятного общества.

– Ты чего делаешь? – широкоплечий и невероятно тяжёлый, он, кажется, даже не заметил моих стараний.

- Спихиваю тебя на пол, - прохрипела я, упираясь ногами в его бедро, а руками в предупреждающе трещащие столбики балдахина.

- Так бы сразу и сказала, - этот гад с готовностью опустился на пол и продолжил разговор оттуда, как ни в чём не бывало. – Вирке, мы вели себя…

- Да-да? – я настороженно подобралась, готовясь к ставшей традиционной каждодневной ссоре.

Раньше, правда, брат хотя бы дозволял одеться для сего важного события.

- Я вёл себя ужасно, - поправился он.

- Да что ты говоришь?

- Ты тоже не…

Белен запнулся, задумался, мне показалось, попытался досчитать до десяти, но, снова заговорил вежливо и абсолютно спокойно:

- Да, я действительно вёл себя неправильно и признаю это. Вирке, я хочу помириться. Мы ведь дружили в детстве.

Не может быть, чтобы за каких-то семь лет рассорились окончательно.

- Ты так в этом уверен? – я бросила край одеяла ему в лицо и встала.

Близнец развёл руками:

- Увы, я сейчас вообще ни в чём не уверен. Вирке, пойми: я глупый избалованный мальчишка, которому на голову свалилось огромное наследство. Я – идиот. Мне положено им быть.

- И ты отлично справляешься с ролью, - я окунула полотенце в услужливо принесённою Эделиной воду.