Дар ненависти

Я не стал бы ей доверять серьёзных вопросов.

- И это правильно, - он преодолевал ступени с завидной лёгкостью, неслышно взлетая по ним. – Редко встречаются умные женщины и ещё реже талантливые. Но иногда случается, что они становятся полезными. Интересно, леди Ноктис де Сол принесёт пользу короне? Как считаешь, приятель?

Он шутливо толкнул меня в бок, выбивая воздух, скорее, своим дружеским тоном, чем ударом острых костяшек.

- Весьма сомнительно, - постарался не нагрубить я.

- Слуги позаботятся об экипаже и вещах.

А у меня есть выбор?!

- С превеликим удовольствием!

Комната и впрямь заслуживала звание уютной: стены, увешанные гобеленами, что так удачно скрадывают шаги в потайных ходах; тяжёлые шторы, спускающиеся до самого пола: можно спрятаться хоть втроём; огромная, явно рассчитанная не на одного, кровать. Ну, с последним, положим, услужили.

Постучали.

Пустой коридор из-за двери посмотрел на меня удивлённым чёрным глазом.

Постучали ещё раз.

Не рановато ли сходить с ума? Хотя, говорят, у мамы была склонность… Но мы же не родня, тогда откуда?

Уродливый, похожий на корову единорог с гобелена всколыхнулся и свистящим шёпотом выдал:

- Если ты сейчас же не откроешь, в следующий раз я приду ночью и придушу тебя подушкой!

- Тут же не заперто, - за гобеленом обнаружилась (внезапно!) маленькая, только на четвереньках пролезть, дверца. Из лаза высунулась требовательная рука, изящное плечико в огромном кружевном рукаве и копна каштановых волос.

- Ну и что? Какая уважающая себя леди войдёт к мужчине без стука? – выбравшееся чудо, опираясь на поданную ладонь, наконец собралось воедино и оказалось молодой вёрткой женщиной. Девушкой. Почти девчушкой в невероятно объёмном розовом платье, делавшим её похожей на подтаявший на жаре торт. – Чего пялишься? – разрушило очаровательный десертный образ существо.

- Эм…

Не зная, что полагается отвечать в подобных ситуациях, я склонился в поклоне и поднёс маленькую ручку с пальцами, усеянными кольцами всех размеров и мастей, к губам.

- Ты мне тут благородного не строй! – она брезгливо вытерлась о кринолин, цепляя камнями ткань и пуская стрелки, но ничуть об этом не заботясь. – Или ты правда из благородных? – подозрительно сощурилось чудо.

- А это запрещено? – я жестом пригласил гостью к столу со щедро наполненной фруктами вазой.