Дар ненависти

– По мокрому испорчу.

Я покосилась: атласные туфельки и правда чудесны и явно не приспособлены к поздней прогулке по полю.

- Тогда сиди молча.

Елейный голосок таил в себе профессиональное умение доводить выкрутасами до белого каления:

- Молча так молча. А я думала, у тебя ко мне куча вопросов…

Гоблин! Да, куча. Захотелось не только сбросить Айн с лошади, но и проскакать по ней пару раз галопом.

- Тогда говори. Но по делу.

- Вот ещё!

А-а-а-а! Как эту стерву муж терпит?!!

- Я не мужик. Меня дрожащими пухлыми губками не купишь.

И не по-рыцарски дать в морду тоже могу.

- Хабалка, - Айн отняла руки, чтобы то ли скрестить их на груди, то ли дать мне подзатыльник, но сообразив, что я готова угрозу реализовать, снова вцепилась, как клещ. – Ладно, мир!

- Тогда по порядку. На кой ты со мной увязалась?

- Интересно стало.

- Допустим. Тогда на кой ты с самого начала ко мне подошла. И кто такая матушка Иона?

- О-о-о…

- Что?

- Я… Прости, я не думала. Ты не из наших?

Я недоумённо опустила взгляд на переплетённые на моём животе почти прозрачные тонкие пальцы:

- Оу.

Видимо, нет. Мне мужчины нравятся, - перед глазами предательски встало бледное лицо с упрямой морщинкой меж нахмуренных бровей. - Вроде бы.

- Как давно ты колдуешь? – Айн наклонилась, пытаясь поймать мой взгляд, едва не вывалившись из седла.

- М-м-м. Когда я сидела в комнате, боясь, что, если выйду, обязательно чего натворю, считать? Тогда месяца два.

Фея хлопнула себя по лбу:

- Два месяца?! Как? Какого гоблина ты вообще оказалась на тракте? Одна?!!

Одна.

Да, одна! Лучше уж одна, чем… Чем не иметь возможности самой управлять своей жизнью. Смириться, признать волю судьбы и всесильной магии, чувствовать себя соринкой, носимой ветром.

Как же я скучала по нему…

- Не твоё дело, - я облизнула пересохшие губы.

- Милая, бедная девочка!

- Так, хамкой ты мне нравилась больше.

- Останови лошадь. Останови! – Айн едва не спрыгнула прямо на ходу.

- Тпрррру! – Гадина с большим удовольствием согласилась на передышку.

- Бедная девочка!

Айн соскочила на землю, я вслед за ней. А потом она обняла меня крепко и заботливо. Так, как уже долгие годы никто не обнимал. От хитрой, избалованной, пронырливой бабы вдруг пахнуло тёплым молоком, как когда-то от женщины, которую я называла матерью, которую потеряла дважды.

Я мгновенно ощетинилась:

- Где подвох? Чего тебе надо, ненормальная?

- Мне очень жаль. Ни одна ведьма не должна быть одинокой.