Темира. Перекрестки миров

Но ищейки живучи…

Я шла и шла, лишь изредка вытирая испарину с лица. Аид молча шел следом.

Тоненькая ниточка все так же вилась передо мной, не приближаясь, но и не удаляясь. Хорошая новость — Фредди все еще был жив. Плохая — наверняка перепуган до смерти. И до темноты мы едва ли успеем его отыскать.

Солнце стало медленно клониться к горизонту, когда я поняла, что совершенно вымотана. Мы взяли с собой воды, и меня мучила жажда. Когда я перелезала через валежник, острый сучок оцарапал мне ногу и вырвал кусок ткани из платья.

Но я шла. Я не позволяла себе жаловаться, хотя ноги дрожали от усталости. Я ищейка. Это моя работа.

Я взмолилась о передышке лишь тогда, когда оступилась на насыпи и проехала несколько метров по каменной крошке, в кровь стесав колени и ладони. Их пекло немилосердно, я зашипела сквозь зубы, чтобы не застонать.

Аид догнал меня через секунду, помог встать.

— Давай вернемся буквально на полчаса? — попросила я, надеясь, что мой голос звучит не слишком жалко. — Приведем себя в порядок, перекусим?.

.

Я не сомневалась, что наставник пойдет мне навстречу. Я ведь старалась, правда. Я была молодцом! У меня первый день практики, в конце концов!

— Нет, — ответил он. И таким тоном произнес, что я поняла: упрашивать бесполезно. — Нет. Ты на службе, стажер. Маленький мальчик в опасности!

И тогда — сразу скажу, что своим поступком не горжусь, — я использовала запрещенный прием. Протянула разбитые в кровь руки, давая ему увидеть, в какое месиво они превратились. А вот реветь я не планировала.

Слезы потекли сами собой.

— Я очень устала… — прошептала я.

— Возьми след, ищейка! — ледяным тоном ответил Аид.

Нет, сочувствия я не дождусь. Так зябко сделалось под его холодным взглядом.

Я отвернулась и какое-то время стояла, обхватив себя руками. Вытерла слезы — теперь на щеках наверняка останутся кровавые разводы. Ну я и чучело!

— За мной… — выдохнула я и снова углубилась в лес.

***

Когда я, собрав остатки мужества, торопливо брела, спотыкаясь о корни, я пообещала себе, что больше никогда ни о чем его не попрошу.

Он и не должен… Он не друг мне. Он начальник, наставник. «Не жених!» — горько хмыкнула я, так некстати вспомнив о том, как легко он поднял меня в воздух и закружил на руках.

Аид и девушку во мне не видит. Так, рыжее недоразумение, по воле случая оказавшееся его напарником.

Я зло встряхнулась, скидывая с плеч мелкий мусор, насыпавшийся с деревьев, и вдруг поняла, что обида вернула мне часть сил.