Ты — мой, бог!

— Если это, по-вашему, не жалкая участь...

— Конечно, нет! — хором возразили юнцы.

— Тем более тебе дарят такие красивые вещи, — добавил Бази.

Я только раздражённо махнула рукой.

— Ладно... Что ещё она сказала?

Игиги замялись.

— Ну, мы говорили не совсем с ней, — уточнил Гирру. — С Уэнуку... он говорил что-то ещё, но мы не слушали.

— Понятия не имею, кто такой Уэнуку, но, вы уверены, что он ничего не перепутал и имел в виду именно Вивьен?

— Вот уж не знаем! — развёл ручонками Гирру. — Её имя повторили ему дважды.

Если что-то перепутал — не наша вина! Мы к этим дикарям больше не пойдём!

— Вот снобы! — покачала я головой. — Но так и знайте: если Вив не будет на праздновании, я лично позабочусь, чтобы ярус у вас отобрали!

Юнцы переглянулись и покатились со смеху. Мардук на самом деле исполнил просьбу "девы Томми". Хотел сообщить мне об этом лично, но его не пустили. Уже побывавшим на моём ложе запрещались дальнейшие встречи с Воплощением Божественной Иштар, пока не будут обласканы остальные — единственное достойное правило этого развратного пантеона.

Игиги, узнав о распоряжении Огнеокого Быка, устроили в моих покоях "Cirque du Soleil" с радостными воплями, плясками и хождением на головах... и продолжили относиться ко мне, как к капризной болонке — недалёкой, но забавной.

— Посмеётесь, когда исполню угрозу! — изловчившись, я дёрнула их за уши.

Но маленькие наглецы ничуть не расстроились — одновременно шлёпнули меня по рукам, ехидно захихикали и унеслись прочь — организовывать дев для подготовки моего тела к очередному "соитию".

Процесс одевания уже стал рутиной, и даже под руководством таких "талантливых" организаторов, как Гирру и Бази, девы справлялись со всем за полчаса.

Этой ночью привилегия разделить со мной ложе была дарована Сину — лунному божеству, о котором мои юные приятели отзывались с большой издёвкой. Когда его увидела, поняла почему. Трудно представить более тощее и неказистое божество... Восхищённо потаращившись на меня несколько секунд, оно робко предложило "взойти с ним на ложе".

Я не отказалась, но когда тоненькие ручонки потянулись к моему телу, попросила его рассказать о себе и своих планах на ближайшие пять лет. Божественный "лунатик" заметно растерялся, а потом искренне постарался посвятить меня в подробности своего долгого существования. Но повествование получилось настолько затянутым, что притомившийся герой-любовник начал клевать носом ещё до того, как Гильгамеш дунул в свою свирель.