Ты — мой, бог!

Я пискнула от неожиданности и, неловко отшатнувшись, не удержалась на ногах. А, очень неэлегантно шлёпнувшись на пол, услышала странный звук — что-то среднее между одышкой и сдерживаемым кашлем, вскинула глаза на Гильгамеша... Поспешно отвернувшись, Бесстрашный сделал вид, что закашлялся, но я поняла, он... давится смехом! Наверное, и идея с раздеванием прикорнувшего божества была не более чем провокацией! Я подскочила с пола в ярости, какой не испытывала с детства — когда родители не захотели брать в Канаду моего хомячка Бопсика и заставили отдать его дочери соседки! Не помня себя, подлетела к Бесстрашному и, замахнувшись, шарахнула кулаками по широченной груди.

Со стороны это наверняка смотрелось, как если бы комар попытался избить готовую расплющить его ладонь — Гильгамеш захохотал, уже не сдерживаясь. Я снова "обрушила" на него весь гнев моих кулачков, обидно крошечных на фоне его мощного торса. Но когда попыталась сделать это в третий раз, Бесстрашный оборвал смех и перехватил мои руки. Сграбастав за запястья, подтянул к себе. .. и от этого прикосновения меня словно пронизала молния, наполнив искрами воздух вокруг. На мгновение ещё видела его глаза, совсем тёмные в полумраке, а потом горячие губы правителя Урука впились в мои — безудержно, словно от этого зависело спасение Вселенной... и я отозвалась на поцелуй с одержимостью, какой от себя и не ожидала. Рваное дыхание Гильгамеша, сумасшедшее биение наших сердец, ощущение, что моё тело растворяется в его неистовых объятиях... и прохладный ветерок, ворвавшийся в распахнутое окно, пробравший меня до костей. .. С трудом удерживаясь на ногах, я обвела Чертог затуманенным взглядом. На ложе продолжал посапывать назначенный мне на эту ночь любовник, но Гильгамеш исчез без следа. И только бешеная пульсация в слегка ноющих губах и горячая дрожь по всему телу говорили о том, что этот безумный исступлённый поцелуй был реальным...

Глава 9

О том, чтобы сразу уснуть не могло быть и речи. Вновь прикончив весь запас сикеры — на следующую ночь нужно потребовать, чтобы количество удвоили — я рухнула на ложе рядом с полураздетым "лунатиком" и уставилась на мерцающий потолок.

При воспоминании о "срыве" Гильгамеша перехватывало дыхание. Вот это ощущения... Ни разу не испытывала ничего подобного от простого поцелуя. Хотя... так меня ещё никто и не целовал! Невольно представила, что могло быть, не унесись Бесстрашный, будто за ним гнались все чудовища шумерского пантеона... и со стоном перевернулась на ложе лицом вниз.