В Бездонном море тысяча ночей

Она потянулась за колье и застыла на мгновение, перевернула руку ладонью вверх и провела пальцем по оставленному Рагавурром рубцу. Такие метки даже потомки Лаан редко умели ставить, и где мог этому научится посол из Ругоии оставалось только гадать. Стоило ей повредить эту метку, и между ними возникла бы Связь, такая же как у Лунной четы. Только эта Связь обрывается с заживлением раны, а через три полных лунных цикла и вовсе исчезает.

Слуга, недавно покинувший магиу Ривэирра, спешил передать господину, что подарок доставлен и принят, и застал Рагавурра в главном зале, где Нораг высказывал Главе своё недовольство и требовал объявить племени Улиан о появлении Лунной жены.

- Я думал, Вы, Нораг, объявите об этом, - сказал чуть слышно Маварэг, - как представитель Правящего города.

Рагавурр хмыкнул, услышав это. Нораг не являлся послом и не был официальным представителем Ругоии Гиугин.

- Вот как? – Нораг разозлился ещё больше. – Хотите сохранить власть и не запачкать руки?

Маварэг закашлялся.

- Вы неправильно поняли. Я просто не хочу распрей между родами. Если это приведёт к расколу, то даже Ругоии Гиугин почувствует последствия, - пытался убедить его Глава.

- Правящий Скалистый город требует сообщить племени Улиан о появлении у них Лунной жены. Вы, Глава, не имеете права ослушаться этого решения.

Маварэг посмотрел на Рагавурра, спокойно сидевшего на софе и наслаждавшегося зрелищем. Поймав на себе взгляд Главы, он подтвердил слова Норага:

- Руки запачкать всё-таки придётся, достопочтенный Глава.

Маварэг вздохнул.

- Я назначу сбор племени на завтра.

- И ещё, - добавил Нораг, - не забудьте, Лунная жена принесла племени Лаан немало горя. Кто знает, к чему приведёт появление ещё одной. Надеюсь, Вы напомните об этом соплеменникам.

- Не волнуйтесь, Нораг, если отец не напомнит им, это сделаю я, - раздался женский голос со второго этажа. Агаинэ спустилась вниз и довольно низко поклонилась сыну Правителя, заставляя посла усмехнуться: гордые Лаан кланяются предателям Ругоии.

Рагавурр поднялся с софы и покинул магиу, направляясь к окраине города, проплыл через покров и чуть поодаль нашёл поджидавшую его акулу.

Вернулся он лишь к вечеру и, отказавшись от обеда, уплыл спать.

Ночь тридцать четвёртая

Диана проснулась посреди ночи, её не оставляло тревожное чувство. Ей перестали сниться сны, и это теперь, когда она была так близка к желанной находке.