В Бездонном море тысяча ночей

Лёгкие сжались под давлением. Она не могла дышать, и её это не пугало. Она просто продолжала падать.

Пока не достигнет дна, ей не за чем подниматься наверх.

Под давлением воды по телу начала расползаться боль. Даже закрытые глаза не помогали остановить резкое головокружение. Темнота поглощала её. И она отдавалась ей с радостью.

Водяное леденящее душу дыхание дракона коснулось кожи. Он был уже близко.

Казалось, время растянулось, превращаясь в бесконечность. Диана подумала, что, наверно, так и выглядит самое страшное наказание Океана.

Вечная пытка падением в бездну, у которой нет дна.

От боли и отсутствия кислорода сознание начинало ускользать от неё. Она отпустила его. И продолжала падать.

Спина коснулась чего-то твёрдого. Диана открыла глаза – но вокруг было темно. Присела, опираясь рукой о дно. Пальцы нащупали что-от гладкое и холодное, от прикосновения будто сотни электрических разрядов прошлись по коже. Она подняла холодный предмет, собираясь ощупать. Он слегка вибрировал в руке.

Два жёлтых глаза сверкнули прямо перед её лицом, и по перепонкам ударило раскатистое рычание.

Ночь тридцать девятая

Диана резко бросилась в сторону, выронив из рук гладкий холодный предмет. Руку прорезало резкой болью. Лёгкие словно обожгло огнём.

Она открыла глаза в темнице, жадно хватая воду ртом. Солнце то ли ещё не село, то ли уже взошло. Она потеряла счёт времени. Руку садило. Она взглянула на неё: вдоль плеча и предплечья проходило несколько ран, оставленных зубами дракона.

Аруог дожидался захода солнца у себя в покоях.

Он смотрел на кровать, на которую каждый вечер ложился с Рриану. Теперь эта постель казалось ему слишком пустой. И его комната, и даже дом. Всё опустело.

Как только стемнеет, он вместе Анарэном и советом рода Арагерра спустится в Глубинный храм, а роды Эгвэра и Рэины будут охранять окраины города на случай, если кто-то заметит странную процессию и попытается её остановить. Лэина должна была передать Рриану сосуд со Слезой и сказала, что ей это удалось.

Даже если этот обряд станет последним, что он сможет сделать для супруги, он должен оставить ей хотя бы этот шанс на спасение.

Он задумчиво смотрел в окно, наблюдая, как в погружающемся во мрак городе, словно мотыльки, зажигались маленькие фонари на головах хаотично плавающих вдоль дна рыб. Рриану тоже любила за ними наблюдать по вечерам.

Пока лунный свет не стал ярким, Аруог накинул плащ, взял трезубец и поплыл к окраине города, где договорился встретиться с советом.