В Бездонном море тысяча ночей

Под кожей тут и там виднелись зачатки чешуек, готовых в любой момент пробиться наружу.

Когда Мирми уплыла, Аруог приблизился к Диане.

– Покажи мне свои зубы.

Она приоткрыла рот и позволила ему прикоснулся к её клыкам.

- Ещё не изменились, - сказал он задумчиво. – Рриану, с сегодняшнего дня ты можешь выплывать на улицу, только полностью прикрыв кожу. На лице вуаль. Это понятно?

– Да, – ответила Диана. – Со мной снова что-то не так?

– С тобой всё не так. И до сорокового дня об этом никто не должен узнать.

Когда солнце уже клонилось к горизонту, Агаинэ, дочь Главы племени, заплыла в комнату готовящегося ко сну отца.

– Отец, слуга из дома Аруога сказал, что сегодня у Рриану сошла старая кожа.

– И что с того?

– У погружённых жён не сходит кожа, отец!

– У некоторых сходит. - Он равнодушно пожал плечами.

– Уже много веков жёны Лунных наследников не меняли кожу. Мы не можем закрывать на это глаза, отец!

– Агаинэ, всё, что мы можем сделать, будет против Воли Океана. Не беспокойся, дочь. Аруог для нас не опасен.

Он выбрал себе слабую наземную жену и, скорее всего, дальше смены кожи не зайдёт.

– Ты недальновиден, отец! Наши предки получили кожу Оиилэ как дар от Океана. За всю историю редкой погружённой жене выпадала такая честь. Не приведи глубины, она окажется той, кого избрала Луна!

– Что проку от избранной, если она не завершит обращение?

Магиу Аруога тоже погрузился во мрак. На кровати Диана задумчиво водила пальцами по своему скользкому предплечью, то и дело ощущая бугорки, из которых в будущем вырастет чешуя.

- Аруог, скажи честно, что со мной?

- Океан одарил тебя, Рриану. Но об этом даре никто не должен узнать, пока не минет сороковой день и племя не примет тебя окончательно.

- Но если это дар, тогда зачем его скрывать?

Диане казалось странной его логика.

- За всё время существования Подводного мира было лишь несколько погружённых жён с кожей Оиилэ. И всегда за их появлением следовали перемены, к которым порою Оиилэ не были готовы. Для горожан твоё появление – дурной знак.

Когда в племени Лаан подгружённая жена получила кожу Оиилэ, они потеряли трезубец Гарранэёль, а за ним и Королевский город.

Его слова ещё долго не выходили у Дианы из головы, а, когда она наконец заснула, её сознание снова погрузилось в глубину, мрачную и холодную.

Ночь шестнадцатая

Диана проснулась от криков, доносившихся из главного зала. Аруога в постели уже не было, и она, накинув плащ, поспешила узнать, что случилось.