В Бездонном море тысяча ночей

Сомкнув руки перед собою в замок и продолжая улыбаться, он ответил, растягивая слова, словно собираясь вот-вот положить их на мотив народной песни:

– Я слышал, ты нашёл себе наземную жену и даже успел представить её знати. Как жаль, что Скалистый город слишком далеко, вести до нас доходят крайне медленно. Знал бы заранее, я бы лично приплыл на пир.

– Ещё не минул сороковой день. А до него нет резона кричать на весь мир о венчании.

– Сороковой день и впрямь не минул. Но раз я уже здесь, хотелось бы всё же поприветствовать твою супругу, – протянул Рагавурр и окинул зал ищущим взглядом.

Но объект его интереса спускаться не планировал. Диана вышла из комнаты вслед за супругом и тихонько притаилась у поворота на лестницу, в том самом месте, где стена была украшена резным рисунком, столь мелким, что издалека не разглядеть, стоял ли кто-то за ней. В то время как Диана прекрасно видела даже хитрую ухмылку этого наглого гостя.

– Моя супруга, Рриану, ещё отдыхает. Полагаю ты и сам заметил, эта ночь в нашем городе выдалась непростой.

Сейчас не самое лучшее время для визитов и знакомств.

Посол всплеснул руками и снова соединил их в замок, а его и без того широкая улыбка на удивление стала ещё шире.

– Но позвольте, как же я вернусь в Скалистый город и не расскажу историю-другую о красоте и добродетелях избранницы Лунного наследника племени Улиан? Наш Правитель не терпит таких оплошностей!

– Я прошу его простить мою дерзость, и в знак примирения отправлю со слугами своё подношение.

А сейчас мне пора вернуться к супруге. Её сон слишком чуток в последнее время.

Аруог кивнул на прощание и уже развернулся, намереваясь покинуть зал, когда Рагавурр, с лица которого постепенно сползала улыбка, крикнул ему в спину:

– Ходят слухи, что твоя супруга слишком слаба и Океан не принимает её. Я бы тоже постыдился представлять такую избранницу гостям!

Аруог зарычал, а его лицо перекосило от гнева. Оскорбление в сторону супруги он простить никак не мог.

Кровь закипела в жилах, и каждая мышца пульсировала, требуя схватки. Красная пелена застилала глаза. Ничего не видя перед собой, он стоял на месте, словно приросши к полу.

Наверху, у лестницы, Диана с ужасом держалась за голову, пульсирующую нестерпимой болью. Гнев, бесконтрольный и яростный, пронизывал каждую клетку её тела. Она сжала ладони в кулаки, стараясь выровнять дыхание. Глаза щипали от невидимых слёз. Ей хотелось зарычать вместе супругом.