Я не хочу быть драконом!

В третью – установленный наставником режим стал настолько привычным, что возникло ощущение, будто я так всегда жила. Но самое главное - мне удалось научиться самой контролировать внутренний огонь. Нет, под прямыми лучами Селимы я всё ещё чувствовала себя не очень хорошо, но теперь хотя бы могла обходиться без вмешательства наставника.

Да, я приняла изменения в собственной жизни, но от желания вернуться домой не отказалась. Мне было проще думать, что всё происходящее вокруг – этакое необычное развлечение или приключение.

Временное. Которое скоро закончится. И как только перестала противиться происходящим переменам, мне стало гораздо легче их воспринимать.

На самом деле, мне очень помогла Люси, хотя её помощь выглядела своеобразно. Она не жалела меня, не пыталась подружиться, не лезла в душу. Но видя, что я в очередной раз скатываюсь в апатию, Люсильда всего парой метких фраз умудрялась возвращать меня обратно в нормальное, пусть и раздражённое состояние.

К примеру, видя, что вот-вот расплачусь, она надменно называла меня «аристократической тряпкой».

Когда я уставала и, постанывая от боли в мышцах, лежала на кровати, она предлагала мне сразу отправиться в лазарет, чтобы не мозолить ей глаза своей больной тушкой. Если я отказывалась от еды, она пожимала плечами и просто выбрасывала мою порцию, если я вспоминала дом, балы, и прошлую жизнь, она просто разворачивалась и делала вид, что ей всё равно и она не собирается слушать о таких скучных вещах.

Поначалу я считала Люси недалёкой грубиянкой, но потом поняла, что именно её колкости, не дали мне окончательно утонуть в собственной печали.

И, признав это, в корне изменила своё отношение к соседке. Можно сказать, что с того момента и началась наша настоящая дружба.

По мере приближения осени почти пустое женское общежитие начало наполняться жильцами. От комендантши я узнала, что во всей академии числится всего семьдесят две девушки… и это на триста пятьдесят парней. Большинство кадеток учились именно на целительском факультете, куда меньше – на остальных факультетах, а уж среди летунов я вообще была единственной.

Во многом из-за этого моя персона вызвала немалый интерес среди соседок по спальному корпусу.

Ко мне подходили знакомиться, проявляли дружелюбие, делились привезёнными из дома сладостями. А смотрели на меня и вовсе, как на диковинку. Поначалу, это даже льстило, потом начало раздражать. В итоге… я просто привыкла. Приняла происходящее как должное.