Убьёт, значит любит

Как из-под земли появился смуглый черноволосый молодой человек, который потребовал, чтобы его подругу оставили в покое. Ему показали удостоверение.

— Это не она, это я сделал, — вдруг сказал он с акцентом.

Нонна пришла в себя.

— Дурак! Заткнись! – закричала она.

А Зак вдруг и говорит:

— Лайош Ковач, вы арестованы по подозрению в убийстве Владаса Зоринса. Вы не обязаны ничего отвечать, но это может повредить вашему оправданию, если вы не упомянете нечто такое, на что потом смогли бы рассчитывать в суде.

Все что вы скажете, может стать показанием.

Парень покорно пошел с Заком к выходу, а Виктория и не знала, что сказать. Она под руку повела ревущую Нонну. Еще больше она удивилась, когда на парковке увидела две полицейские машины с лондонскими знаками, и своего шефа Ашфорда, приехавшего на собственной Хонде. По еще темным стеклам оранжерей метался яркий синий свет.

*

Сейчас мне как никогда нужен срочный выход из игры. Откладывать больше нельзя, мне сообщили о вопросах к нашим на базаре.

Все-таки придется ложиться на дно. Вернее, садиться... Все же лучше, чем под нож...

А у женщин и впрямь куриные мозги. Она уверена, что я просто дурачок, ботаник из Венгрии. Что исключительно из любви к ней я избавлю ее от надоедливого ухажера.

Я открываю морозилку. Прозрачный сок моих любимых цветов превратился в мутные кристаллы. Не беда – к вечеру растают. Я раскалываю четыре кубика так, чтобы они пролезли в небольшую бутылку из-под минеральной воды.

Она сама рассказала мне про побои, когда Владас нашел ее на ферме. А еще оказалось, что он хочет продать машину. Аллах меня хранит. Я не стал пока объяснять ей свой план, а просто попросил познакомить нас, пообещал Владасу за Шкоду хорошую цену и пригласил его на ужин в Бекаш. Он в индийской кухне разбирается так же, как Нонна в растениях, но не посмел отказаться?

Наш столик спрятан в нише с диванами. Ресторан полон посетителей, но все они заняты едой и мобильниками.

У официантов хватает хлопот. Камер на потолке нет. Меня никто не видит. Владас позволяет мне заказать для него дансак, кебаб, тикка масалу, рис и пиво. Мы ждем заказ и беседуем об автомобилях. Когда официант накрывает на стол и уходит, я спрашиваю Владаса, будет ли он руками ломать пападам. Он смотрит на свои пальцы, пахнущие машинным маслом, встает и направляется в туалет, а я накладываю себе еду из медного казанка и достаю бутылку из кармана.