Белые паруса

– О! Конечно же я верю, что ты действовал исключительно в моих интересах, настаивая на том, чтобы я держалась отсюда подальше. Не смеши! Всем хорошо известно, как ревнивые жёны утомительны. Весьма неудобно иметь под боком такую. Это ограничивает свободу и мешает радоваться жизни, так сказать, в полном объёме.

– Айрис, мы не виделись почти год. Неужели нельзя было начать нашу встречу как-то иначе? – раздражённо поморщился Оливер, устало потирая переносицу.

Айрис рассмеялась.

– Ты действительно обрадуешься, если я сейчас кинусь к тебе на шею, душа в объятиях?

– Целовать зачумлённых, бьющихся в лихорадке, не в твоих правилах, – с сарказмом фыркнул Оливер.

– Добиваетесь моей жалости, сударь? Стоит ли мне воспринимать эту фразу как просьбу об отсрочке разговора? Это можно. Поправляйся и отдыхай.

– Не нужно отсрочек. Ты получила моё письмо с просьбой о разводе? Вижу, что получила. Зачем же приехала? Разве не достойнее было бы принять неизбежное со смирением? К тому же твой приезд ничего не изменит. Я не отступлюсь от своих чувств к Каролине.

Если нужно, пойду в огонь, лишь бы защитить её. Да и ты, насколько я знаю тебя, вовсе не из тех, кто будет довольствоваться объедками с чужого стола?

К подобному повороту событий Айрис была не готова. Она ожидала, что, узрев её сиятельную персону, муж падёт к её ногам, признает вину и чистосердечно во всём покается.

Но, судя по всему, приступ любовной горячки достиг апогея. Оливер потерял и мозг, и совесть.

– Объедки с чужого стола подбираю вовсе не я, – холодно ответила Айрис, – а твоя продажная маленькая жадная шлюха.

– Не смей оскорблять её!

Айрис продолжала, будто не слыша:

– Хотя нет, она не подбирает объедки – она их ворует. Любому, кроме тебя, хватило бы двадцати четырех часов в её обществе, чтобы понять, чего она стоит.

– Ты не можешь судить её. Ты её даже не знаешь!

– Мне не очень приятно общаться с твоей спиной, Оливер. Ведь твоя интрижка…

– Это не интрижка!

– Эпизод…

– Не эпизод!

– Ладно-ладно! Любовь твоей жизни ещё не повод чтобы не смотреть мне в глаза!

Оливер с вызовом повернулся, но взгляд его был бегающим.

Как у труса на дуэли, подозревающего, что соперник успеет выстрелить первым и вряд ли промахнётся.

– Ну, вот, – удовлетворённо улыбнулась Айрис. – Так-то лучше. На чём мы остановились?

Она игриво намотала чёрный локон на палец.

– Ах, да! Ты пойдёшь в огонь и в воду за свою маленькую лживую островитянку…

– Она не лживая.

– Конечно-конечно. В любви она клялась тебе одному.