Ведьма

Подойдя к первому, она ловко махнула закладкой, как ножом, и из вскрытого письма выпали бумажки.

Девушка осторожно, через юбку, взяла сложенные бумажки и развернула. На колени ей выпал маленький пакетик с черным порошком. Аккуратный почерк, но немного детский. Всего три слова:

«Это общеукрепляющее средство». И снизу скромная, стеснительная подпись: «Тедди». Так это зеленоволосый, он, кажется, в их компашке зельевар.

«Хм, наверно, яд», - подумала девушка и, стараясь не дотрагиваться голыми руками, отложила в сторону.

Следующий конверт.

Вжих!

Магический фолиант махнул хвостом. Страницы исписаны некрупным шрифтом с наклоном в одну сторону.

«Шансов у тебя нет… Когда мы встретимся снова… Мой нос… Тебе будет так же неприятно, как и мне… Ты проведешь много времени у магического лекаря, подправляя свое лицо», - и так далее в таком же духе три страницы, исписанные мелким почерком.

- И это извинительное письмо? - спросила девушка, а Фоля пожала плечами. - Так, понятно, это от носатого рыжика с летными очками.

Следующее.

- Такое же! Это от синеволосого громилы, - пояснила Айрис любопытной Фоле, сунувшей торец с единственным глазом в листок бумаги. Крупный дрожащий детский почерк. Написано карандашом с орфографическими ошибками. Красочное описание, как Айрис поломают об коленку, сколько и в каких местах у нее будут переломы. Откладываем в сторону.

Последнее письмо.

Книга махнула хвостом-закладкой, виртуозно взрезав конверт, наколола на свое смертоносное жало листы и подала их молодой ведьме.

- Охо-хох… - Толстая гербовая бумага, изящный почерк, дорогие зеленые чернила и всего три слова: «Ты труп, воровка!» Снизу росчерк с завитушками Д. Ш.

У девушки по спине побежали мурашки, страх закрался в душу. Пространные угрозы носатого, страшилки синеволосого здоровяка не испугали так сильно, как эти три резких, холодных слова.

Книга попробовала на вкус листки бумаги языком и зашипела. Видно, когда длинноволосый писал эти строки, его холодная спокойная ярость впиталась в бумагу.

Айрис уронила руку с листками бумаги на колени, слезы вновь навернулись на глаза. Так вот что этот богатенький дворянин задумал! Обвинить ее в воровстве, прилюдно, у всех на глазах, опозорить на всю академию.

Девушка скомкала листки бумаги в кулаке. В заплаканных глазах ее пылал злой огонь.

- Так не бывать же этому!

Подойдя к окну, она порвала письмо на мелкие клочки и выпустила их мелькать и кружиться на ветру.