Сборщик эмоций. Родная душа

– И твоя жена устраивает твою мать? Или она, как взрослая женщина, топнула ногой и заявила свои права на тебя, став новой мамочкой? Все-таки она старше тебя. На десять лет?

– На восемь, – еле выдавил из себя Сэм, стоя подобно истукану.

– Хм, как у нас с тобой, только наоборот. И как она только смогла родить? Медицина помогла или ведьмы? Или это не первые роду у неё?

– Извините, – не выдержал Вэн моего спокойного допроса, схватив меня под руку и потащив в сторону, подальше от этой секции и моего бывшего злосчастья.

– Я могу понять, что ты зла на бывшего, но может, не стоит устраивать сцен в общественном месте? – прошипел он, наконец-то отпуская меня.

Зла? Да нет. Может, не очень хорошо себя чувствую. Все-таки мой режим совсем сбился. Мне в такое время лучше быть в горизонтальном положении, а не шататься по шумным выставкам.

– Я не зла. Простая светская беседа.

– Да он там чуть не помер от страха, под градом твоих вопросов, – не согласился со мной Вэн.

– Ты сейчас просмотрел обычный наш диалог.

Помню, последние полгода только так и разговаривали. Я спрашиваю, а он может быть что-то и ответит. И он не назвал моего имени. Видать совсем забыл, странно, что вообще меня узнал.

Интерес стал каким-то непривычно назойливым. Я резко развернулась и вернулась к той секции, где был Сэм. Да так быстро это сделала, что Вэн не успел меня остановить.

– Как меня зовут? – спросила я испуганного Сэма.

Такой здоровый детина, а пугается маленьких и безобидных девочек.

– Э-э, Ника, – неуверенно выдал он, расписывая ломанными линиями свою ауру.

Ткнул в небо пальцем и угадал? Да неважно.

Вэн попытался одернуть меня, но я ловко ушла от его руки и пошла прочь, подальше от этого недоразумения.

– И зачем тебе надо было это знать? – не понял меня босс.

– Просто стало интересно – он вообще знал, как меня зовут?

– По-моему, каждый знает, как зовут его невесту, а вот имя бывшей можно и не вспомнить.

– Ты его пытаешься защитить? А это был первый раз, когда он произнес моё имя вслух.

– А сколько вы с ним были вместе?

– Три с половиной года.

– Ну, я тоже Оливию дома называю ласковыми прозвищами, а не по имени, – признался Вэн.

– Как мило. Но нет, у меня не было ласкового прозвища, да и вообще прозвища. Хотя, нет. Его мать называла меня шлюхой. Так что, было.

Вэн деланно откашлялся, покосившись на обернувшихся в нашу сторону посетителей выставки. Опять я что-то не то сказала?

Мы вышли на открытую площадку. Здесь была возведена небольшая сцена.