Моя строптивица

Чтобы понять, что же я обнаружила, пришлось достать объемную коробку со стеклянной крышкой. Внутри располагались небольшие обломки камней различных цветов и формы. Рядом с каждым камнем табличка с наименованием.

- Он коллекционирует камни?

Я прочла несколько наименований, но они ничего мне не сказали. Я была уверена только в одном - эти камни не являлись драгоценными. Выглядели они слишком обыденно. Я уже собиралась положить коробку обратно, когда услышала в коридоре звук шагов. И через пару мгновений в кабинете появился Ройнал.

Мое присутствие удивило его, неприятно удивило. На лбу появилась морщина, глаза прищурились:

- Аделина, что ты делаешь в моем кабинете?

Я с самым невинным видом показала на коробку:

- А что это, Ройнал? Зачем тебе эти камни?

Ройнал взял со стола коробку и снова положил её в ящик бюро. И повернулся ко мне:

- Так что ты делала в моем кабинете?

И смотрит так, как будто застал меня на месте преступления!

- Ничего особенного. Гуляла по дому, заглянула сюда.

Я искала библиотеку. А ты где был?

- Были дела.

Ну, конечно, дела. От Ройнала так сильно пахло приторными женскими духами, что я даже знаю, как зовут эти дела. Да вон и воротник рубашки, кажется, испачкан помадой. Интересно, Натэла считает меня слепой и глухой? Она ведь прекрасно понимает, что я почувствую запах и увижу след от помады! Сделала это намерено? Но ведь Ройнал, вероятнее всего, сообщил ей, что наш брак фиктивный. Так какой смысл демонстрировать свои права на этого мужчину? Не понимаю.

Но на душе стало гадко и мерзко.

Я молча вышла из кабинета, и поспешила в свою спальню. Скорее бы вернулась Ядвига. Мне просто необходимо освежиться, от страшной духоты у меня начиналась мигрень. Когда же закончится эта жара?

Этим вечером нам с Ройналом предстояло появиться на званом приеме у одной очень важной особы. Младшая сестра наместника Императора Валери Сиволи. Видимо, прием у этой лойдессы был и впрямь чем-то выдающимся, потому что Ройнал поинтересовался, в чем я собираюсь быть на приеме.

Из салона помимо трех платьев мне принесли все, что может только понадобиться лойдессе. Но я из чувства упрямства, а может из природной вредности, решила, что именно в платье, переданном Марсией, я появлюсь у этой Валери. И ничего, что этот наряд, по словам кузины, был последним писком моды, как-нибудь поборю природную стыдливость. Зато никто не подумает что я провинциалка, которая не знает, что сейчас носят в столице.