Дыхание новой жизни

— Ребёнок! Наш с Алексом ребёнок! — повысила голос, превозмогая боль в горле, думая что мама меня не расслышала. — Я беременна!

С трудом подняла тяжёлые руки, чтобы обнять, наконец, моего малыша, растущего внутри меня, но внезапно руки легли на совсем плоский живот.

Откуда только взялись силы, в миг откинула одеяло, взглянула вниз. Живота не было. Не веря своим глазам, снова прикоснулась к тому месту, где совсем недавно рос мой малыш. Мой сильный, отважный, терпеливый малыш! Но нащупала только повязку внизу живота.

— Это что? — не веря собственным ощущениям прошептала я. Как же я не заметила, что малыш совсем не шевелится? Думала, что он устал сильнее меня, и спит себе тихонечко внутри в уверенности, что ему теперь ничего не угрожает. Снова взглянула на маму, которая опустила глаза, украдкой роняя слезинки. — Мамочка! Его нет? Что с ним?

— Доченька моя. Доченька... — шептала мама, успокаивающе гладя меня по руке.

Моего ребёнка не было! Его достали из меня, пока я спала! Он же ещё совсем маленький и не выживет без мамы!

Осознание того, что у меня ничего не осталось, горечь и боль от потери целиком затопили сознание, и я обожгла горло отчаянным криком:

— А-а-а-а-а!!! Где мой ребёнок? Верните мне его!.

.

Глава 1. Другой мир

Анна

Тёплый ветерок согревал замёрзшие руки и ноги. Я с удовольствием нежилась на горячем песке. Наконец-то приятное тепло! Тело согрелось и расслабилось. Прикрыв глаза, я почувствовала себя на берегу моря. Ласковое солнце пригревало, ветерок шевелил выбившиеся из косы волосы.

Не хватало только шума прибоя. На удивление, в новом мире стояла потрясающая тишина.

Вечерело. Вокруг, куда ни глянь, вырастали песчаные дюны, ближе к нам совсем не высокие, но там, куда доставал человеческий глаз, дюны выглядели огромными, лишь вокруг арки они отсутствовали, словно по периметру был установлен специальный барьер. Если бы не он, то портал уже давно находился бы под толстым слоем нанесённого ветром бурого песка, который искрился в фиолетовых лучах тёмного светила, неспешно плывущего в багряном небе.

От непривычной тишины звенело в ушах. Она не была абсолютной, но не слышно было ни пения птиц, ни стрёкота крыльев насекомых. Только еле уловимое человеческим слухом скрежетание песчинок друг о друга.

Невдалеке пробежал маленький пустынный смерчик, закручивающий в спираль мелкую пыль. Мои волосы растрепались, норовя упасть на глаза или прилипнуть к губами, приходилось время от времени приглаживать их рукой.