Попаданка, или счастье за полставки

Другой – просто удивительнейший человек и тебе с ним безумно интересно, может быть даже так, как впервые в жизни вообще с кем бы то ни было, но есть в нем что-то пугающее, отталкивающее… - Стоя перед ней и упражняясь в красноречии, я вдруг поняла, что говорю уже не о ней, а о себе и пора закругляться, потому что позади в кустах князь, и он тоже все это прекрасно слышит! - Так вот. Тебе вовсе не кажется, что с ним что-то не так. Он гей.

Ох уж не знаю, кажется грубовато вышло… да и есть ли орочий перевод этого слова?

Гургазель опустила колышек и посмотрела на меня как-то нехорошо прищурившись, и вдруг произнесла:

— Агра журуба?

— Что?

— Агра журуба нэээ… - протянула она угрожающе и вдруг поднялась из-за стола во весь свой немалый рост, перехватила колышек покрепче и метнула прямо в меня со всей дури.

Я едва успела поднять руки, чтобы защититься, но остро наточенная деревяшка вспышкой пламени сгорела в воздухе, а над моим ухом раздался знакомый голос, произнесший всего одно слово: «беги!»

— Ах ты ж сука, Ка’эрдон!

Подхватив полы юбки, я неслась как угорелая, едва успевая перепрыгивать через корни и упавшие ветви, которые так и норовили прыгнуть мне под ноги.

А позади, не отставая ни на шаг, на пролом мчалась дуром ревущая Гургазель. Она выкрикивала что-то вслед страшным голосом, мне кажется, что-то матерное, потому что лично у меня сейчас на ум так и вовсе никаких других слов не приходило, кроме нецензурных.

Ка’эрдон - Ка’эрдон, ох, не просто так твое имя рифмуешься с тем, с чем приличному человеку лучше не ассоциироваться. Вот только дай срок, вернусь в храм этого вашего Небесного бога, выйду за Арлена и потребую начать полномасштабную войну с твоими Полночными землями!

На самом деле конечно нет, но попадись мне сейчас Темнейший князь, я бы его тупой палкой насмерть заковыряла…

Спасибо спортивному детству и ежедневным пробежкам, которые остались как хобби – соревноваться с орчихой в выносливости мне удавалось довольно долго.

Но она была все же намного сильнее меня… и в какой-то момент я просто не заметила очередного корня, вытянувшегося из земли под ноги и угодила сапожком аккурат под него.

Увидев, что противница наконец сдалась, прекрасная Гургазель рассмеялась совсем неприличным хрюкающим смехом и двинулась ко мне, зажав в руке нож. А у меня уже, если честно, просто сил не было сопротивляться.