Выбор сердца. Жертва ведьминской любви.

У чистокровных ушки заостренные и чуть удлиненные. У полукровок же таких выдающихся, свидетельствующих о чистокровности ушей нет.

— Чего глазами хлопаешь стоишь? – грубо спрашивает мою соседку один из двух парней-эльфов. – Проси прощения у светлейшей Аналидариэль как положено.

Не знаю, как там положено просить прощения у эльфов, но точно не так, как это делает моя соседка. Она опускает взгляд и упрямо поджимает губы.

В этот момент её молчаливый протест и нежелание унижаться перед высокородными ушастыми вызывает у меня уважение.

А вот у эльфов непослушание полукровки, как оказалось, вызывает еще большую злость.

— Живо извиняйся как положено! – потеряв терпение, рявкает второй эльф. И от его крика на глазах у моей соседки выступают слёзы.

Она снова собралась плакать. Второй раз за вечер. Ну уж нет. Не позволю. Тем более, эта эльфийка хоть и приставучая, но уже как бы своя. И поэтому никто не имеет права её обижать. Никто, кроме меня, разумеется.

Одновременно со мной, сделавшей шаг по направлению к эльфам, из-за стола поднимаются оборотни.

Бран и Мейр тоже решили заступиться за подругу, но я их опередила. Взглядом предупреждаю их не вмешиваться. Я сама справлюсь. А оборотни пусть лучше в сторонке постоят, понаблюдают. Я им сейчас покажу мастер-класс под названием «Как быстро сбить спесь с высокородных эльфов».

— Какие-то проблемы, Нелли? – имя соседки вспоминаю с трудом, не без помощи следующего за мной по пятам Снежа.

Взгляды остальных эльфов игнорирую.

Смотрю только на соседку. Жду её ответа. Но она так удивлена моим вмешательством, что только и может, что смотреть на меня мокрыми глазами.

Заметив, что у неё дрожат губы от сдерживаемых рыданий, недобро прищуриваю глаза. Злость на эльфов, посмевших довести мою доброжелательную соседку до такого состояния, увеличивается трехкратно.

— Длинноухие тебя чем-то обидели? – мягко, нарочно оскорбляя высокородных, обращаюсь к Нелли.

— Ты кого длинноухими обозвала? – визжит от непочтительного обращения стоящая за мной светлейшая.

Как я и думала, ума у нее и грамм не наберется. А если и наберется, то и тот засохшим окажется из-за нечастого использования.

— Рот закрой. Не с тобой разговариваю. Тебе я слова пока не давала, – не поворачивая головы, бросаю ей.

— Да… да… да как ты смеешь?! – давясь возмущением, задушенно шипит эльфийка.

— Не смей так разговаривать со светлейшей! – угрожающе доносится от эльфа. Кстати, тоже серебристоволосого.