Выбор сердца. Жертва ведьминской любви.

— Да что тут разбираться? Эта ведьма, – новый тычок пальцем в мою сторону, – напала на светлейшую! Я требую, чтобы её немедленно исключили! Таким, как она, – очередной тычок, — не место среди нормального общества.

— Совершенно с вами согласна, уважаемый. Нужно отчислить!

Оба мужчины удивленно смотрят на меня.

— Вы признаете вину и согласны на отчисление? – с явным сомнением в моём происхождении (ибо ведьмы никогда не признают себя виноватыми, даже когда всё указывает на это) спрашивает декан Брайд.

— Я? – делаю не менее удивленное, чем у мужчин, лицо.

— Вы же только что сказали, что нужно отчислить! – возмущается магистр… как его там? Тан, вроде?

— Отчислять надо, – покладисто говорю ему. А затем добавляю: — Светлейшую. Как вы правильно заметили, ей не место в приличном обществе. Никогда бы не подумала, что высокородные эльфийки способны ругаться подобно портовым работягам.

В кабинете повисает тишина. Демон смотрит на меня нечитаемым взглядом, нервно постукивая длинными красивыми пальцами по столу, в то время как его коллега пытается прийти в себя от моих слов.

— Да как ты смеешь говорить так о светлейшей Аналидариэль?! – наконец приходит в себя магистр Тан.

— Вы же сами сказали, что ей не место тут, – перевожу стрелки.

— Я про вас говорил! Вам здесь не место!

— И кто это решил? – приподняв вопросительно бровь, невозмутимо интересуюсь.

— Я решил! – потеряв терпение, переходит на крик магистр Тан. – Магистр Брайд, я требую, чтобы этого ведьминского отродье сегодня же не было в стенах нашей академии! – Еще один тычок пальцем в мою сторону, и терпение Снежа заканчивается.

Остановить его не успеваю. Да и не слишком хочу. Я обижена на «ведьминское отродье»!

Быстрый бросок, и острые зубы моего фамильяра впиваются в руку магистра Тана. Дальше кабинет декана Брайда наполняет неподобающий мужчине, тем более магистру, визгливый крик.

— Аааааа!.. – вопит защитник ушастых, тряся рукой, в которую крепко вцепился мой фамильяр.

— Студентка Валдес! – вставая из-за стола, строго произносит мой «неидеальный».

— Да, декан Брайд? – невинно хлопая ресницами, отзываюсь я.

— Отзовите своего фамильяра, – требует он.

— Не могу. Снежный сам решает, когда заканчивать воспитательный процесс, – с самой милой улыбкой сообщаю демону.

— Не вынуждайте меня применять магию к вашему фамильяру. Отзовите его, Марисса, пока он не пострадал.

Моё имя из уст суженого звучит как самая красивая пьянящая музыка. И я смягчаюсь.