В стране бескрылых

К концу пира любопытство схлынуло без следа, и только упрямство пополам с вредностью держали Красу на ногах. Ей уже очень хотелось поскорее увидеть заранее ненавистного Усладиного жениха и устроить ему такие смотрины, чтобы навсегда отвадить от приоградских невест.

Наконец, Адалет отодвинулся от стола и сказал князю:

— Благодарствую, хозяин. Хорошо твоё угощение, и дочь хороша, как Дева Луна. Но теперь хочу говорить с тобой о деле. Позволишь ли моему сыну взглянуть твоей дочери в глаза?

— Пусть придёт и убедится, что дева достойна его, — ответил князь положенной фразой.

В тот же миг слуги опустили шёлковые занавески балдахина. Краса оказалась в уютной комнатке, со всех сторон закрытой от посторонних глаз. Правда, осмотревшись, она заметила, что фонарь, поставленный чьей-то заботливой рукой у её ног, делает возможным для находящихся снаружи видеть её тень. Поэтому девушка осталась стоять неподвижно, даже не откинув с лица чадру. Это неожиданно понравилось Адалету: обострившимся слухом оборотня Краса уловила, как он одобрительно прищёлкнул языком.

Потом раздались чьи-то неровные шаги, одна из штор слегка приоткрылась, и на помост вошёл парень по виду не старше самой княжны. Этого юнца Краса видела в зале, но приняла скорее за оруженосца: во время пира он прислуживал Адалету, стоя у того за спиной.

— Ты Идрис? — удивлённо спросила она, поднимая чадру.

— А ты ждёшь кого-то другого? — едко поинтересовался он, а потом, разглядев её наряд, замер с широко распахнутыми глазами.

И пожалуй, было от чего: тончайшая камиза с глубоким вырезом красиво обрисовывала пышные формы девушки вместо того, чтобы скрывать их, а густые, тяжёлые каштановые пряди, не уложенные в косу, свободно рассыпались по плечам.

— Чего уставился? — прошипела Краса, торопливо прикрываясь краем накидки.

— Так я, вроде, и должен смотреть, — ответил жених. По губам его невольно расползлась глупая улыбка.

А вот Краса от увиденного вовсе не пришла в восторг. Усладин суженый, без сомнения, был похож на своего отца: то же резкое, носатое лицо, близко посаженные чёрные глаза, жёсткие волосы, собранные на затылке в хвост… Разве что мастью он был малость светлее прочих кравотынцев, да ещё по сравнению с Адалетом, старым воином, телом похожим на тонкий, но прочный клинок, Идрис был слегка рыхловат. И на ходу заметно прихрамывал.