Леди Осень

— Ах, постой! Уж не о нас ли ты говоришь? Нет, только не это! Из меня выйдет ужасная королева! Я не хочу! Ты же знаешь!

Я схватила его за руку, готовая умолять изменить решение. Не хочу быть королевой! Не хочу брать на себя ответственность за страну и народ. Хочу просто тишину и покой, вернуться к прежней жизни из далекого прошлого и не вспоминать о том, что произошло в этой.

Филипп рассмеялся, озаряя воздух вокруг нас взявшейся из ниоткуда охапкой осенних листьев. Пока наблюдала за тем, как они медленно оседают на белый декабрьский снег, паника постепенно стала отступать.

— Не переживай, Софи! — в порыве веселья он поднял меня на руки и закружил, а потом поставил обратно. — Я имел в виду вовсе не нас с тобой. Поверь, я тоже не стремлюсь занять место короля. Мое место рядом с тобой и только. А твое – со мной. А вот королевство в наших отношениях будет третьим лишним. Прости, но я слишком ревнив, чтобы делить тебя с кем-то еще.

С этими словами он чмокнул меня в нос, и его беззаботный настрой передался и мне.

— Тогда о ком речь? — спросила я.

Но он ответил вопросом:

— Как думаешь, стал бы истинный король отсиживаться в сторонке, узнав, что задумали его дети?

— Ты говоришь о Январе?

— Да. Я считаю, что хоть он и отдал трон своим детям добровольно, вряд ли смог бы остаться равнодушным ко всему произошедшему.

Это точно… Он бы не позволил своим детям разрушить королевство. И уж точно не одобрил бы их попытки навредить друг другу.

— Хочешь сказать с ним что-то случилось? — поняла я.

Теперь и Глеб с Инной подошли ближе и стали заинтересованно прислушиваться к каждому нашему слову.

— Уверен в этом, — сказал Филипп. — Его заперли или взяли под контроль, как тебя когда-то. Возможно стерли память, благо алхимия прогрессирует не по дням, а по часам, и это уже не кажется чем-то невероятным.

Мы с Инной переглянулись. Нам обеим на ум пришел тот самый пресловутый обмен телами. И мы-то уж точно не считали подобное благом.

— Насколько я помню, — Глеб вклинился в разговор, — Январь единственный из всех месяцев, кто никогда не перерождался.

— Верно, — кивнул Филипп. — А значит, ему не приходилось, как нам, по крупицам восстанавливать воспоминания, и его магия сильнее кого бы то ни было на этом свете. Ее невозможно подавить или ослабить.

Вывод напрашивался лишь один, и его озвучила Инна:

— Значит его заперли.

— Именно. В надежном месте, откуда невозможно выбраться. Поэтому наша задача — найти его, спасти и вернуть на трон.

Мы все дружно вздохнули.