Полный расколдуй!

Инстинктивно сжалась, приготовившись к боли и гари, но этого не случилось. Я будто на холодное стекло спрыгнула. Замерла и открыла глаза.

- Ты преодолела видимый страх, - похвалил меня тот самый мужчина, который прочищал ряды абитуриенток. – Иди дальше.

И я очутилась в маленькой, полутёмной комнатке. Вокруг сновали какие-то тени, они шептали что-то, неразборчиво бормотали. Это очередное испытание? Значит, бояться нельзя, нужно быть смелой и отчаянной!

И я постаралась показать всю свою смелость, на которую только была способна.

Отважно (ну или бездумно, тут кому что ближе) шагнула вперёд, в темноту, кишащую подозрительными шорохами и наводящими ужас тенями. Сделала первый шаг и будто завязла в чём-то липком, впивающемся в кожу, словно пиявки. Сначала стало больно, очень больно и горячо. Но потом вязкая темнота начала расступаться. Я будто прорывалась через пелену, за которой меня ждали ответы на все мои вопросы. Меня туда тянуло, манило, как мотылька на огонь. Казалось, что если я преодолею эту преграду, найду спасение.

Прорыв был оглушающим. Я будто вырвалась из плена липкой паутины и попала в вакуум, а вокруг царило ничто. Пустота, белая и непонятная, окутала меня со всех сторон. Дышать стало тяжело, и в тоже время будто отпала нужда в воздухе.

- Что ты тут делаешь?! – возмущённо спросил неожиданно появившийся из белого марева ректор.

Так, а он-то тут откуда? У меня, понимаешь, экзамены, судьбоносные испытания, а он всё портит!

Главнейшество резко, я бы даже сказала раздражённо, схватил меня за талию, прижал к себе и устремился куда-то вниз.

Я могла бы помечтать на тему летающих ангелов, но мужчина, прижимающий меня к себе, на ангелочка мало походил, скорее уж на демона. И его очевидная ярость тоже была далека от праведности. Ректора буквально взбесило само моё появление… А где я появилась, собственно?

Ветер свистел в ушах, вокруг мелькало белое марево, а мы неслись вниз со скоростью падающего с обрыва камня. Впору забить тревогу, но в объятиях академического главнейшества мне совсем не хотелось бояться.

Несмотря на то, что в его присутствии категорически отказывались повиноваться голос, слух и мыслительный аппарат, чувствовала я себя сейчас просто отлично.

Но ничто не может длиться вечно, и этот упоительный полёт тоже закончился.

Мы приземлились на твёрдую почву, объятия разжались, и я тут же попятилась.

- Стоять, - приказал ректор.

Я вздрогнула и замерла, опасливо осматриваясь.