Полный расколдуй!

- Держись, - показала мне кулачки Элли.

Я оправила очередное презентованное Электирой платье и вышла, следуя за летающим лягушонком.

- Прокопий, - позвала тихо.

Лягух не ответил.

- Проша, имей совесть, – шикнула обиженно. – Зачем меня ректор вызвал?

- Ты сама совесть имей, - ответил он. – Я тут разрываюсь, как могу, переживаю, а ты!!!

- А чего я-то?

- А тебя его главнейшество ждёт! Не моё это дело, - открестился Прокоптий. – Иди давай за мной и не возмущайся. Вам виднее, чего там у вас.

- Проша, - остановилась я, - значит, ты меня к ректору ведёшь?

- А к кому же ещё! – квакнул лягух.

- Ну так я тебе задачу упрощу, - хмыкнула я. – Передай ему, что я занята. Нет меня! Вышла вся!

- Маргарита, ты это брось! – воскликнул Прокопий.

Но я уже развернулась и пошла обратно. Благополучно дошла до своей комнаты, открыла дверь, шагнула вперёд, и едва не завизжала…

Вместо моей комнаты передо мной оказалась та самая ректорская спальня, только без рыжеволосой голой девы.

Её позиции занял его главнейшество ректор собственной персоной. Но он был хотя бы в одежде. И это уже хорошо!

ГЛАВА 10. АУДИЕНЦИЯ

Настолько ошибиться дверью я не смогла бы при всём желании. А значит, меня сюда намеренно… телепортировали? Интересные дела творятся в УМА! Но мне принимать участие в этих делах категорически не хотелось. Развернулась, чтобы уйти по-английски, но вместо двери обнаружила глухую стену. Сдавленно сглотнула и медленно повернулась обратно.

Ректор стоял, облокотившись о кроватный столбик, и с интересом наблюдал за моими метаниями.

Настроение у него было вполне дружелюбное, по крайней мере, глазами не пугал. Но я себя загнанной в угол мышкой почувствовала – того и гляди кинусь прогрызать путь на свободу. И как частенько случается в подобных ситуациях, когда страх вынуждает пробудиться инстинкт самосохранения, приходит агрессия. Лучшая защита это нападение…

- Зачем вызывали? – спросила грубо, сложив руки на груди.

- Не стоит так бояться.

Я вам точно не наврежу, адептка Ритая, - миролюбиво улыбнулся главнейшество. – Как глава академии я напротив, обязан всячески оберегать и защищать своих подопечных.

Я скептически хмыкнула. Нет, против его слов я ничего не имела, всё правильно – он ректор, значит, несёт ответственность за вверенных ему студентов. Сомнению подверглись официальный деловой тон и обращение ко мне на «вы». Ещё несколько часов назад в нашем общении не было места вежливости и официозу.