Пелагея и принц осени

Кю стоял в дверях босиком, в больничной сорочке – худющий, растерянный и какой-то блёклый, словно палый лист из гербария, лист, который высушили меж страниц книги, а теперь зачем-то достали.

– Какие чары? Что я здесь делаю? Это галлюцинации, да? – потрескавшимися губами пробормотал он.

Кекс и Пирог возились у него в ногах, смешно его обнюхивали и покряхтывали, как два маленьких старичка.

– Ой, – сказал Кю и отступил в каюту.

– Идём со мной, – распорядилась Юлиана. – Выпьешь чая и оденешься во что-нибудь нормальное.

Без Джеммы заварить чай было не так-то просто. Сначала пришлось долго искать, где она хранит пакетики, в каком шкафчике у неё сахар и как на этой посудине добывают кипяток. А когда разобрались с чаем, выяснилось, что из нормальной одежды в наличии только женская.

– Будешь такое носить? – с косой улыбочкой спросила Юлиана, демонстрируя Кю шерстяное платье до колен, которое она совсем недавно приобрела с зарплаты. – Извини, у нас тут нет ничего мужского. Я как-то об этом не подумала, когда мы тебя похи…

– Вы меня похитили? – изогнул бровь Кю.

– Значит, я не сплю и не брежу?

Юлиана извинительно улыбнулась во все зубы:

– Мы плывём в гости к Пелагее, если тебя это утешит. Ты ведь хотел к ней в лес?

– Я уже ничего не хотел, – признался тот.

– Ах да, точно! – Юлиана вручила ему платье и усадила парня на диванчик. – Ты ничего не хотел, у тебя была депрессия на почве безответной влюблённости, и ты собирался покончить с жизнью. Поэтому мы тебя и похитили.

– Покончить с жизнью? – изумился Кю.

– Глупости. Ничего подобного! Я под машину не специально попал. Просто с выпивкой перебрал.

– А пил ты зачем?

– Чтобы забыться…

– Вот. Вот! – торжествовала Юлиана. – Забыться! Счастливым людям забываться ни к чему. Следовательно, ты несчастен. Это мы и хотим исправить. Поэтому сиди тут, пей чай, переодевайся и веди себя смирно. А не то напущу на тебя Кекса с Пирогом, будешь знать.

Она хохотнула и вышла на палубу, прикрыв за собой дверь.

Глава 29. Целеполагание

Море – ртутно-серое под набухшим, пасмурным небом – уносило яхту прочь.

Дул попутный ветер. Пелагея стояла у штурвала, закутавшись в шаль, а Юлиана надевала третьи по счёту носки, потому что в двух она мёрзла. К тому времени Кю перемерил половину её гардероба и остановил свой выбор на салатовых штанах-шароварах и кардигане с этническим вязаным узором.

– По существу, – сказала ему Юлиана, – всё законно. У тебя отпуск, против похищения ты ничего не имеешь.