Пелагея и принц осени

– Оу, даже так? Что ж, тут надо быть особенно жестокой и беспощадной. Узнай о его слабости и бей туда всякий раз, как вы пересечётесь. Это я образно говорю. Наступай на его больную мозоль, береди его душевные раны, тогда он сам отвалится, и даже мужа твоего не придётся из зоны вечной мерзлоты вызывать.

Пелагея вздохнула и покачала головой. Нет, этот метод в ситуации с Кю не сгодится. Она просто не осмелится пойти на подобную подлость. Ведь изначально она решила остаться в агентстве только ради него.

– На худой конец, – сказала Юлиана, – можно прикрыться мужем.

Просто фактом его наличия. Странно, что ты до сих пор этого не сделала.

– После концерта, – твёрдо постановила Пелагея, – всем расскажу.

Глава 13. Страшное веселье

Вечером два фургона выехали из двора общежития и направились в город Шерренда, до которого было порядка семисот километров. Стало быть, трястись им на трассе семь часов как минимум, если не брать в расчёт пробки и ремонт дорог.

Пелагея с группой расположилась в первом фургоне с высокой крышей и удобными сидениями.

Рядом с нею с одной стороны пристроился Кю, он пах каким-то дорогим парфюмом и расточал вокруг себя сумасшедшую энергетику. С другого бока к Пелагее подсел Ши, сплошные бугры мускулов, оснащённые довольной блестящей физиономией. У него не было поводов не светиться от счастья, путешествия он обожал.

Во втором фургоне ехала Юлиана, прочие менеджеры, а также съёмочная команда, в задачи которой входило заснять мемберов в гримёрках до и после концерта, чтобы затем выложить эти видео в сеть для самых преданных фанатов, купивших платную подписку на канал.

Юлиане было тесно и неудобно, но она старалась не ворчать. Поворчишь так семь часов кряду – и тебя возненавидят все, кто находится в радиусе слышимости бубнёжа.

Пелагея тоже предпочла не жаловаться на тесноту. Но в её фургоне было хотя бы весело. Лидер Ли травил идиотские шутки и фотографировал себя на камеру телефона с разных ракурсов. Шин грохотал на всю машину своим басовитым смехом, Хёк дурачился, играя с Рё и Йе в камень-ножницы-бумагу.

И только у Кю сердце всякий раз останавливалось, как сломанные часы, когда он мельком встречался взглядом с Пелагеей.

Они ехали, пили воду, притормаживали на заправках, где можно было размяться и сходить в туалет. После чего снова загружались в фургоны и продолжали путь.

Пелагея сидела, зажатая между Ши и Кю, и её неодолимо клонило в сон. Голова, как какой-то неисправный маятник, медленно качалась то вправо, то влево.