Предназначенная для двоих

Закинул на лошадь, словно я была рюкзаком, пристроил рядом мокрые вещи и тронул в сторону невысокой скалы. Всё это он проделал, не проронив ни слова, с бесстрастным выражением на лице.

Я тихо дрожала, прикрытая лишь пропитанной влагой накидкой, да его руками, стараясь не смотреть на обнаженный торс принца. А смотреть, честно говоря, там было на что. Пресс, разбитый на квадраты, расчерчивал его живот, объемные мышцы вырисовывали правильный рельеф предплечий и грудной клетки, сильные мускулистые руки крепко держали спелёнутую меня.

Нет, раскаченным культуристом Стивник не выглядел, но такие бодибилдеры мне и не нравились.

Принц остановил коня около зияющей темной пасти – входа в пещеру.

«Неужели привез вернуть обратно?» - пронеслась вспышка от шальной мысли.

Стивник снял меня с лошади, занес в черное нутро и усадил на выступ из каменной стены.

- Без глупостей, – негромко, равнодушно произнёс он.

Да я и сама уже была не рада самодеятельности – сначала чуть не утонула в болоте, а потом, когда принц спас и решил отмыть – надавала ему по морде, неверно истолковав намерения наследника.

Вздохнула, рассеяно наблюдая, как пятно света, сочившегося из входа в каменный мешок, стремительно меркнет в надвигающихся сумерках. Мало того, что сама промокла до нитки, еще и его оставила лишь в штанах – и то, мокрых. И еще мне было до безумия обидно, что это всё-таки другая пещера, не ведущая в мой родной, привычный мир.

Стивник вернулся, неся в руках сухие ветки и листья.

Он так же молча сложил из хвороста костер и поджег его устройством наподобие зажигалки. Затем, без видимого труда, подкатил несколько крупных каменных обломков и развесил на них мокрые вещи.

- Сними одежду и просуши, – без какого-либо выражения проговорил он. – И сама погрейся.

Естественно я не собиралась представать перед ним в чем мать родила, поэтому с места не тронулась. Так же молча принц развернулся ко мне спиной и застыл, скрестив руки.

«Ага, я сейчас разденусь, а он обернется», - подумала я, не шелохнувшись.

- Я не собираюсь стоять тут всю ночь, – спокойно произнес Стивник. – Поворачиваюсь через минуту. Не успеешь – твои проблемы.

Меня тут же сдуло с камня. Пришлось повозиться – мокрая футболка не желала стаскиваться, цеплялась за белье, сережки, волосы. С джинсами дела обстояли еще хуже - даже ноготь сломала при попытке отлепить их от кожи. Кроссовки, отчаянно хлюпавшие всю дорогу, были придвинуты к огню в срочном порядке.