Определяя твою суть

– Утро сегодня солнечное и день обещает быть теплым. – Это консьержка. Она хоть и приставлена ко мне, как главная по соблюдению моего распорядка, но…

-А где мама? – Вообще-то, в тайне я обрадовалась, что родителей нет возле меня. – Хотя не важно. Наверняка она решила, что я довольно взрослая и решила поручить все заботы обо мне другим.

-Я рада, что ваши суждения уже такие логические. – Добродушно улыбнулась служанка и открыла огромное окно, чтобы проветрить комнату.

-Хотя, - задумалась я… - мне ночью кошмар приснился.

– Поведала я довольно молодой девушке.

-О чем же? – Поинтересовалась служанка, подавая мне полотенце. – Расскажите и тогда ваши страхи уйдут.

-Я отчетливо помню, что это сон, ведь такого в реальности быть не может. – Улыбнулась я своему отражению напротив. – Там родители двигались, как марионетки, медленно и нелогично.

На меня смотрела светловолосая девочка. Со вчерашнего вечера ничего не изменилось. Только… кожа немного бледнее стала и… Что это?! Синяки под глазами?

Не веря, я приблизилась к зеркалу, нависая над раковиной и придирчиво разглядывая лицо.

Неужели это из-за встречи с учениками Теры? Наверное, так и есть, ведь я повстречалась с ними далеко за полночь. Домой я пришла, когда солнышко уже окрашивало город в рассветные цвета. Пришла и видимо сразу уснула!

Я была рада, что восстановила события вчерашнего возвращения. Сон, конечно, был ужасным, но это были какие-то два часа перед подъемом!

Ночнушка с плеча съехала, обнажая светлую, нежную кожу…

На плече виднелись темные линии, как от разряда молнии.

Они вели глубоко под ткань…

Ночная рубашка слетает с моего тела, и я в ужасе рассматриваю, как на моей груди расположилась огромная черная клякса! От нее шли линии по всему телу, кроме лица…

-Мама! – Воскликнула я и, подхватив простынь, побежала в родительскую спальню.

Мама разливала чай для принесенного завтрака. Папа смотрел в утреннюю газету и грыз сухарик…

Это точно был всего лишь страшный сон!

Я замерла на пороге родительских покоев.

Все выглядело так привычно и естественно, как хорошо склеенный пазл. Картинки складывались одна к другой, не нарушая устоявшихся правил. Мама и папа любят друг друга. Родители любят меня. И нет в этой постановке места для… моих опасений и странных явлений на коже. Казалось, что если я покажу свои страшные отметины, то «актеры» перестанут играть по ранее придуманному сценарию.