Определяя твою суть

Но из-за копошащихся грызунов и насекомых, я только сильнее хотела вернуться в академию. Мне становилось все страшнее. А осознание, что рядом бегают какие-то тараканы приносило брезгливость.

Внезапно по ушам что-то тренькнуло. Мои волосы тронуло что-то едва заметное, и оставило после себя звон. Значит я на правильном пути! Маська напряглась!

Я услышала какие-то нехарактерные для крыс копашения. А пройдя немного вперед, увидела, как огромная серая фигура вжимает маленькую тень в кучу мусора. Анамиса оскалилась.

Она видела, как нож поблескивает в свете неяркого светлячка. Черт! Нужно что-то делать!

И я вызвала Свинорыла, но эта пьяная рожа не захотела помогать. Он даже стал видимым и почти выдал меня с головой. Он злобно пищал и топал копытцами, махал лапками и негодовал, как мог. И все это из-за того что глупая кошка заперла его в чемодане. А он слабый дух, не мог противиться «приказу» более сильного. Когда он испарился, я и вовсе впала в отчаянье. Этому огромному дядьке я, как блоха! Маська выручай!

Пока я старалась призвать хищницу, помещение озарил яркий свет, по воздуху расплылся аромат крови, а потом кто-то пронесся мимо меня на выход.

Ослепленная, я слышала, как чье-то сердце отчаянно вздрогнуло и затихло. Аромат крови будоражил сознание…

Я смотрела на маленькую голую девочку и дрожала. Ее сердце молчало, но что-то во мне будто просыпалось. Интуиция? Или же воспоминания из прошлой жизни?

Не осознавая, я влезла пальцами в кровоточащую рану и зажала бьющуюся артерию.

Прижимаю ладонь к ране так сильно, как могу, а другой пытаюсь провести сердечно-легочную реанимацию. Конечно, это плохая затея, здесь нужны две руки. Поэтому я снимаю с себя рубашку, копаюсь в мусоре и нахожу небольшой башмак из плотной ткани. Почему-то когти появились по моему велению, и кошка даже не рыкнула на мой приказ. Отрываю небольшой кусочек от обуви, скручиваю и ввожу в обе части артерии. Как мозаику складываю разорванный сосуд. Брюшная аорта продолжает пульсировать под пальцами. Так проводимость восстановлена. Теперь затрамбовать все рубашкой и крепко перевязать рукавами.

Мои руки были в крови и пытались соскользнуть с маленькой грудной клетки. Но я не позволяла мысленно просила эту малышку жить. Я же врач, черт побери! Я должна сделать хоть что-то, ведь из-за меня она умирает. Не спугни я насильника и она бы не получила рану!

Ее сердечко под моими руками ожило. Оно билось так слабо, но я почти чувствовала его под своими пальцами.