Грани настоящего. Книга 2

Крепкая магическая связь между ними как между парой Бойца и Стража была теперь такой прочной, что одной телесной близости было достаточно для успокоения.

Словно прочтя мысли, Заэль крепче приобнял ее за талию, поднес ладонь к губам и коснулся пальцев легким поцелуем.

Эльза ещё раз глубоко вздохнула. Кажется, действительно стало полегче. Во всяком случае, черная муть перед глазами исчезла, и можно было спокойно поднять взгляд на раздражающего ведущего, не боясь испепелить его или того хуже - случайно затянуть в демоническую воронку.

Она постаралась абстрагироваться от смысла произносимых слов, от пафосных поздравлений, бестолковых шуточек. Потом, все потом. Ведущий не при чем. Скоро этот внеплановый цирк закончится, и можно будет смело душить Заэля в очередном приступе бешенства. Хотя он наверняка угомонит быстрее, чем она успеет к нему прикоснуться. Интересно, как он будет выкручиваться на этот раз? Сегодня для успокоения ему явно недостаточно будет просто крепких объятий и жарких поцелуев.

Как в тумане она шла через закулисье, когда съемки были окончены, и наконец-то можно было со спокойной совестью мчаться прочь. Она ловко лавировала между поджидающими репортерами, мило улыбаясь вооруженной фотоаппаратами толпе.

- Миссис Филеберт, как вы прокомментируете слухи о том, что вы собираетесь завершить музыкальную карьеру?

- Наши поздравления с помолвкой, миссис Филеберт!..

- Миссис Филеберт, каковы ваши планы на ближайшее будущее?

"Испепелить всю вашу голодную стаю", - мрачно думала Эльза, прорываясь сквозь плотное кольцо репортеров туда, откуда можно было спокойно телепортироваться.

Толпа жаждала хлеба и зрелищ, хищно осклабившись, но Эльза твердо решила, что зрелищ на сегодня этим дуралеям хватит сполна.

Прежде чем Заэль ее догнал, она успела телепортироваться и сейчас шла по коктейлю из песка и ракушек под ногами в сторону их бунгало.

Белое платье тянулось за ней воздушным шлейфом, каблуки утопали в мягком, как мука, песке Голубой Лагуны.

Они с Заэлем решили провести тут несколько дней в полном одиночестве и так вошли во вкус, что задержались на целый месяц вместо планируемых двух недель. Впрочем, никто не возражал и не дергал их лишний раз, давая время на восстановление, что бесконечно радовало обоих.