Ты богиня, детка! или На Олимп по обмену

 – Этот самовлюбленный глупец Иксион потом начал хвастаться своей победой над Герой, за что Зевс приказал его привязать к огненному колесу. Гермес, – он бесцеремонно ткнул в бок сидящего рядом бога, – это ведь ты выполнял приказ Зевса. А потом спустил безумца Иксиона в Тартар к Аиду!

– Было дело, – отозвался Гермес, всем видом демонстрируя недовольство, что его оторвали от общения с отвечающим на билет Гиласом. И уже обратился к последнему: – Продолжай…

– Ох, веселые были времена, – Пан подмигнул мне, а затем вывел в экзаменационном табеле напротив моего имени восьмерку.

Я впервые без всякого страха шла на зачет по физкультуре. Дополнительные тренировки не прошли даром, и нормативы я сдала без особых проблем. Даже получила похвалу от Геракла, что было лучше и приятней самой высокой отметки. Поэтому для меня зачет пролетел быстро и без особой нагрузки на организм.

– Разве ты не устала? – спросила меня позже Аямэ.

– Как-то нет, – улыбнулась я, действительно чувствуя себя легко и бодро.

– А у меня ноги гудят, жуть…– пожаловалась подруга, вытягиваясь на кровати. – Боюсь, даже не смогу с Нобу на свидание сходить… А ты?

– А я тоже буду отдыхать! Впереди ведь долгожданное воскресенье!

Что ж, первая неделя экзаменов подошла к концу, и мои результаты меня скорее удивляли, чем радовали: восемь, семь, восемь… Не ожидала, что смогу получить подобные оценки. Конечно, это были, пожалуй, самые легкие предметы, а впереди еще ждут «История» с Афиной и «Иллюзия» с Морфеем, но все же…

Зато в сумме с зачетом по физкультуре, за который полагались пять баллов, у меня уже накопилось приличное количество бонусов.

За них я собиралась купить подарки к Новому году и наряд к праздничной ночи…

Эх, скорей бы вышел новогодний каталог с товарами… Прямо не терпится посмотреть на его ассортимент и успеть скупить все симпатичные безделушки. Главное, чтобы на все хватило местной «валюты».

«Медитация». Этот предмет так и остался для меня самым нелюбимым.

Прошло уже почти два месяца, как я перестала быть отстающей по нему, однако профессор Тахо по-прежнему относился ко мне без особой симпатии. Он оказался из тех личностей, которые ни за что не изменят свое первое впечатление о человеке, даже если оно было ошибочным. Радовало одно: в следующем семестре «Медитации» у нас уже не будет, останется лишь одна «Иллюзия».

Идя на экзамен по «Медитации», я не ожидала ничего хорошего.