Играя с ветром

 – В тему конкурс, да?

– Как жаль, что для придурков ничего не придумали! – огрызнулась Люся, вскарабкиваясь на кушетку под громкий свист своего напарника, высокого брюнета, которого я видела впервые в жизни.

Меня словно ледяной водой окатили… Я с ужасом наблюдала за абсолютно диким взглядом Дония, что уже умостился у моих ног. Он скинул лодочки, сжал ступни так, чтобы яйцо не провалилось, и игриво подёргивал бровью, облизывая свои красивые пухлые губы.

– Ненавижу! – прошептала я и откинула голову, лишь бы не видеть этого непотребства, в которое оказалась втянута!

– Тебе понравится…

Я даже не успела начать себя жалеть и злиться на друга, которого знаю со школы, как мои щиколотки ошпарило горячее дыхание.

Кожа вспыхнула от его колючей щетины, что так стремительно прокладывала больнючий путь прямо к низу моего платья. Этот засранец успел лизнуть нежную кожу внутренней стороны бедра как раз в тот момент, когда яйцо пробралось под ткань… а следом и морда его наглая!

Я взвизгнула и подняла голову, но это и было моей ошибкой! Потому что лучше бы мне этого не видеть, не знать!!!

Доний не просто закатил яйцо, он всей своей патлатой башкой забурился под тонкую бархатистую ткань.

Улёгся на меня сверху так, чтобы скрыть от беснующейся толпы стремительно оголяющееся тело.

Я открыла от шока рот, собственно, куда и залетело яйцо, которое он выкатил между моих грудей.

– Зачетные сисеньки, Сквознячок. Лизну на прощание?

Я даже по известному адресу его послать не успела, как он вновь скрылся под платьем, так нагло зубами сдернул тонкую ткань бюстгальтера и втянул мой почему-то затвердевший сосок, слегка прикусив его вершинку.

Меня током пробило… Я ногтями вцепилась в кожу кушетки, чувствуя, как оставляю в ней дыры, но ничего поделать с собой не могла… Меня колошматило, как от удара током! Внизу живота усиливалось пламя, во рту пересохло, а голову заполнил шум…

– И у нас есть победители!!! – орал ведущий, возвращая меня обратно на Землю.

– Малинкой пахнешь, Сквознячок, – зашептала Лёва, аккуратно растягивая по мне платье на место.

 – Пьяной… Будто в коньяке вымоченная.

– Ты больной!

– Возможно… – Лёва встал с меня, ещё раз прошелся ладонями по телу, подхватил за руки и стянул с этого подиума полного разврата. Ноги подкашивались, грудь вздымалась, будто я пять километров пробежала от маньяка, а щеки пылали пламенем стыда. Или не стыда?

– Чибисов, мать твою! – верещала Люся, стирая с груди сопли белка от лопнувшего яйца.