Невыносимая для Мерзавца

Моей злости нужно дать выход… – Но проучить твоего задрота придётся.

– Да проучил я его уже! Он остался без премии, без аккредитации на самые громкие события года, ну и фотоаппарат у него нечаянно упал в унитаз, – Маркуша захихикал, как пацан, а у самого глаза засверкали азартом. – Чё? Не убедил? Все равно шалить идём?

– Идём. Где он? – я буквально сорвался с места, смахивая с консоли кошелек и телефон.

– Сегодня в «Хаусе» студенческая вечеринка, наверное, там тусуется, – Марк стянул со спинки кресла свою кожанку и рванул следом, на лету прощаясь с Лясей.

– Первокурсниц клеит?

– Ага, щас. За это ему не заплатят, он там папенькиных дочек и сынков караулит. Кто-то да попадётся за травкой, непотребством или дракой. Золотая жила!

– Какая у вас работа хорошая, – почему-то веселился, сбегая по лестнице в подземный паркинг. – Один я, как придурок, то по локоть в мазуте, то в грязи, то в машинном масле. Ну что за несправедливость, Марк?

– Я так понимаю, что мы едем устранять её? – ржал Сталь, приветствуя моего начбеза Костю Володина.

– Верно понимаешь. Кость, мы сегодня по-тихому покатаемся, без кортежа, – взял из небольшой комнатки ключи от «ровера». – Отпускай мужиков, пусть вечер с семьями проведут.

– Вячеслав Андреевич! – возмутился Володин. – После вашего прошлого «покатаемся» пришлось к Кондрашову на поклон идти!

– Ну, ничего страшного, – хлопнул старика по плечу, ощущая, что в нем уже нет былой стойкости. Тяжело ему. Столько лет со мной из дерьма выгребал и грудью прикрывал мою шкуру.

– Есть, Босс, – крякнул Володин и махнул охране, чтобы открыли ворота паркинга. – Не шалите там сильно.

– Ленивый ты стал, Волоша, за боссом кровь не хочешь отмывать?

– Блядь, – Костя уронил голову, узнав этот азарт, от которого меня буквально подбрасывало. – Я на связи, шеф.

– Фу, как немодно, – Марк запрыгнул на пассажирское сиденье.

– Да хоть на буковках, Марк Анатольевич. Только позвонить не забудьте, а то пока циферки вспомните, уже и буковки не сможете выговорить, – рассмеялся Володин.

– Чао!

Двигатель взревел, нога так приятно ощутила сопротивление педали газа, и мы резко выскочили на центральную улицу, нагло вклиниваясь в поток усталых водителей.

– Волоше дом тот отпиши, – махнул на прощание грустному начбезу.