Четвертый принц

— Да, сейчас меня, пожалуй, смущает то, что я первый раз вот так в постели с женщиной. Дело даже не в тебе… просто я…

Он не знал, как сказать.

— Конечно, не во мне. Какая я женщина? — буркнула Хена.

Он болезненно вздрогнул.

— Не надо, не говори так. Я… Мне столько раз говорили, что я не мужчина и все не так, что… Это очень задевает на самом деле, даже если ты делаешь вид, что это не так. Не надо.

Задевает.

Рейнардо смотрел на нее прямо, очень серьезно, поджав губы.

— Первый раз? — тихо сказала Хена.

Честно говоря, под его взглядом она терялась.

— Нет, у меня был… опыт, но… не так.

Это не дает ему покоя.

— А как? Давай, расскажи уже, а то не уснешь.

Он сглотнул, вздохнул неуверенно.

— Даже не знаю, как это вышло. Я… Еще с детства я был влюблен в одну девушку при дворе. Она… Сейчас уже неважно, она давно замужем и у нее все хорошо. Она всегда была прекрасна, как… — Облизал губы: все это давалось ему с трудом. — Я долго не мог найти в себе смелость подойти к ней.

Потому что рядом с ней всегда были другие: высокие, сильные, даже победители турниров, мне таким никогда не стать. Но потом я подумал, что я же принц и уж какие-то преимущества у меня есть… собрался с духом. Она посмеялась надо мной, сказала, что не посмотрит в мою сторону, даже если в мире вообще мужчин не останется.

И это так ранило нежный цветочек? Несчастная любовь? Какая-то глупая девка?

— И это все? — спросила Хена с удивлением.

Он тихо засмеялся.

— Первый раз… Это была дочка кухарки… я только вернулся с прогулки верхом, а она сама подошла ко мне.

.. Да ко мне впервые подошла девушка, я готов был идти за ней куда угодно. Волновался страшно. Она так улыбалась мне… и там, на конюшне, и… я шел как баран, даже не соображал, что делаю.

— Она лишила тебя невинности? — Хена изо всех сил старалась сохранить серьезное лицо.

— Она сделала это на спор, — сказал Рейнардо. — Поспорила со своими подружками… Потом всем рассказала, что такого неуклюжего парня, как я, она еще не встречала, что я ничего не умею и… много всего.

— И сколько лет тогда тебе было? — спросила Хена.

— Семнадцать.

— И что, с тех пор… — Ей было сложно поверить. — А как же доказать им всем, что они не правы? Перетрахать всех девок на кухне и в окрестностях, чисто из принципа, чтобы всему научиться и перестать быть неуклюжим?

Он усмехнулся.

— Ты говоришь как дядя Эстебано.

— Он правильно говорит.

— Наверное. Но я испугался и сбежал.