Королева-злодейка должна умереть, или Выйти замуж?

Сдернул повязку, и увидел твои напуганные глаза, ты даже плакать перестала. Оглянувшись, я заметил куда ты смотришь, это была моя матушка, - Оусэнг криво улыбнулся. – Вот тут я здорово напугался, она единственная имела право меня наказывать физически, не считая отца. Когда мама зло спросила, что это я тут устроил, она не сомневалась, что это я завел тебя в розарий, но ты вместо того, чтобы начать на меня жаловаться, как я ожидал, шагнула вперед, сделала идеальный реверанс и невозмутимо сказала, что я привел тебя на прогулку посмотреть прекрасный сад матери, но мы решили, что здесь не хватает нескольких кустов других цветов, расчистили это место для будущей посадки.

- Да, - вспомнила я подробности, - я сказала, что у нас в розарии есть желтые и черные розы, они как раз подошли бы, дополнив прекрасный ансамбль.

- Мама была в растерянности, она смотрела на тебя, с удивлением и даже с легким восхищением. Я сразу понял, что ты ей понравилась. И мне тоже. Очень понравилась. И я был восхищен твоей отвагой и умом, ведь ты не только не сдала меня, но еще и спасла от гнева матери.

Ведь в этот сад она вкладывала очень много сил и терпения. И избежать порки мне бы не удалось.

- Да, после этого мне были предоставлены покои во дворце, и я так и не вернулась домой.

Помню, что для Ириасы – это было страшным ударом. Она надеялась, что все позади, и они наконец-то покинут дворец и она больше никогда в жизни не увидит наследного принца, но её оставили.

- Потому что я сказал матери, что хочу, чтобы ты осталась, - сказал вдруг Оусэнг.

Я с удивлением посмотрела на императора. Разве это не его родители навязали ему невесту?

- Это я выбрал тебя. И не прогадал. Ты всегда умела поддерживать меня во всех моих проказах, никогда не отказывалась принимать участие в играх, а когда я совершал ошибки, сглаживала все углы, защищала и выворачивала так, что я становился победителем.

- Спасибо, что цените меня, - скупо улыбнулась я, не понимая, к чему весь этот разговор.

– Но это долг любого поданного нашей страны. Императорская семья – оплот спокойствия и уверенности в завтрашнем дне и было бы опрометчиво…

- Долг и оплот, - прервал меня Оусэнг, отвернувшись, и мне показалось, что его голос сквозил горечью.

Я очень хотела посмотреть ему в лицо, но император мгновенно спрятал все эмоции, и оно застыло восковой маской.

Прекрасный и мудрый – Оусэнг Великий. Так его называют современники.