Агентство "Чудо-трава"

Я невольно отодвинулась, но наткнулась спиной на невозмутимого Генриха.

– Ты действительно хочешь нам помочь? – прошептала Аноли.

– Нет, – фыркнула я, и лицо её скривилось, а взгляд метнулся к Генриху.

– Но ты сделаешь то, о чём я тебя попросил? – холодно уточнил тот, и я обернулась на инститора.

– Разумеется.

Брови его приподнялись, и Генрих возвратил Аноли многозначительный взгляд. Женщина выдохнула, и пальцы её сжали моё плечо так, что я невольно вскрикнула, вцепившись в её руку.

Но инститорша не обратила на это внимания.

– Ты сделаешь только то, о чем тебя просил Генрих? – напряжённо спросила она. – Ты действительно сможешь извлечь строго определённый период из памяти? Даже если случай произошёл очень давно?..

Я пожала плечами:

– Чем старее воспоминание, тем оно… прозрачнее, что ли. Но ухватить его можно. Потребуется немного больше времени, и только.

Аноли тряхнула меня за плечо и прошипела, а глаза её сузились:

– Ты не причинишь клиенту вреда?

Я попыталась оторвать её жёсткие пальцы от своего ноющего плеча.

– Скорее вы мне руку сломаете, – зло буркнула я.

Аноли отпрянула, а я ощутила на шее горячую ладонь Генриха и обернулась к инститору.

– Ты не причинишь клиенту вреда? – сухо повторил он слова Аноли.

Я отрицательно качнула головой. Подумав секунду, добавила:

– Если он не попытается причинить его мне.

Аноли скривилась:

– Не попытается. – Она вскочила на ноги и посмотрела на меня, словно сытый кот на плешивую мышь. – Хорошо, меня устраивают твои ответы. Ждите…

И выскользнула в дверь. Я растерянно оглянулась на инститора.

– Так клиент не она?

Генрих отвернулся, но губы его шевельнулись.

– Нет.

Я усмехнулась и едко проговорила:

– Как с вами просто, прям терпения не хватает! А где тогда клиент? У меня, знаешь ли, нет желания торчать в этом осином улье лишние минуты.

Как подумаю о том, сколько народу будет счастливо полюбоваться факелом, который может из меня получиться, так сразу тошнить от радости начинает!

Генрих прикрыл веки, и из его груди вырвался страдальческий вздох, словно его заставили присматривать за двухлетним ребёнком.