Семь причин влюбиться в мужа

- Бездна меня подери! – выругался один из офицеров, когда заметил, что, не прилагая особых усилий, оказался высоко над уровнем моря. - Откуда взялся этот чертов остров? Я лично сверял лоции, никаких предупреждений. Еще полгода назад «Беззубая акула» прошлась здесь танцуя, а у нее водоизмещение в разы больше, чем у «Звезды»!

Судно «Акула», принадлежащее торговому флоту Тарквидо, служило надежным прикрытием для королевской разведки.

«Однако безымянный остров благополучно прозевали», - Лард накинул на плечи отжатый камзол.

- Я слышал как-то об этом острове. Моряки из Бардоссы рассказывали, что у Дикой бухты великан-утопленник лежит и время от времени горестно вздыхает. Его грудь, вздымаясь над водой, похожа на остров, а волосы - рифы, что гребнем упираются в пустынный берег. И слова, проклинающие убийцу этого великана, настолько грязны, что когда он открывает рот, вонь стоит аж до самой Кужлы, - боцман, вытряхнув воду из трубки, сунул ее в рот. Даже не наполненная табаком она служила заядлому курильщику лучше всяких успокоительных пилюль.

– Но разве в таверне кто верит морским байкам? Сколько их по свету ходит? То про деву о двух головах и одном русалочьем хвосте…

- Так там не о головах речь, а о двух огромных дойках! – гоготнул раздетый до пояса матрос.

- А я говорю… - любитель табачка запнулся, встретившись с острым взглядом капитана. – Эй, вы там! Чего рты раз-з-зявили? Не о дойках думать надо, а о том, как бы половчее из беды выбраться. Рас-с-сыпались, ребятушки! Глянем, что за остров нам подсунули!

- М-да, видно, кому-то выгодно, чтобы об этом клочке суши не знали, - Лард вскарабкался повыше и огляделся.

Дикая бухта, лет семь-восемь назад присоединенная к землям Итары, в лоциях была отмечена как опасное для мореходства место. Но там рифы чередой шли только у берега, а острову-то откуда взяться? Совсем небольшой, и двух часов хватит, чтобы обойти его вдоль и поперек.

Остров оказался никудышным. Ни деревца, ни кустика. Деревянные части корабля, которые прибило к берегу, отказывались гореть, так что ночь предстояла холодная.

Люди заснули с трудом. Помимо жесткости «лежачих» мест и ночного озноба, нестерпимо хотелось пить. Источник воды обнаружить так и не удалось.

Но как-то переночевали.

Полуголый матрос, стуча зубами на утреннем свежем ветерке почище остальных, что кутались в сырую одежку, и тут нашел время позубоскалить.

- Мы как гагары на скалах. Того и глядишь, яйца начнем высиживать.